Изменить размер шрифта - +
Привычный солоноватый вкус человеческой крови здесь отсутствовал. Ангелы вообще имели безвкусную кровь, проклятые засранцы. Винтэр разъяренно рычал, уничтожая врага. Перед его глазами плыло истерзанное пулеметом тело Насти, ее навсегда потухшие глаза, и с каждой секундой Оборотень становился лишь сильнее.

Астеры успели подтянуть в Икстриллиум огромное количество бойцов. Два легиона, две многочисленные армии специалистов по убийствам вряд ли справились бы с защитниками крепости самостоятельно, но вокруг в тайге находились союзники. Люди. Войско Терриса. Третья сила. Люди, не зная пока, что творят, посылали новые и новые тучи огненных стрел. Крепость содрогалась от их попадания, тысячи оборотней оказались погребенными под обрушившимися перекрытиями и каменными башнями. Внутри шла настоящая резня. Кровь огромными потоками, смывающими все напрочь, лилась с верхних этажей по каменным лестницам. Приходилось вкладывать в движения невероятные усилия, чтобы противостоять кровавой реке и подниматься.

Смешалась кровь астеров и демонов… Она была алого цвета, та кровь. Она парила, как парит перекрытая плотиной река в морозную зимнюю ночь. Пар быстро превратился в туман, багровый кровавый туман. Он занял все, что можно было занять, мешал драться, мешал искать цель. Под стенами крепости расползалось кровавое болото, совершенно непроходимое даже для танков.

Еще нигде не проливалось столь огромное количество крови за столь малый временной промежуток…

Икстриллиум обволокло облаком красного цвета — кровавого тумана. И даже когда крепость рухнула, осела подобно тому, как осели башни небоскребов Всемирного Торгового Центра, это зловещее облако хранило форму Икстриллиума.

Мы выиграли сражение. Но не войну…

Ангелы, обезумевшие, сошедшие с ума, мельтешащие в вышине как потревоженные осы, бились около руин своей крепости еще несколько дней. Пока не поняли, что проиграли битву.

А потом настали смутные времена. Мир погрузился во тьму…

 

ГЛАВА 25

 

— Ну здравствуй, Виталий, — лыбился Диерс искренне плотоядной улыбкой. Иначе выражать положительные чувства, кроме как плотоядно, у него не получалось в принципе. — Давненько не виделись.

— Привет, Джон, — кивнул Оборотень. — Да, семь лет уже…

— А я, честно говоря, думал, что ты где-то сгинул… Ни слуху ни духу.

— И я считал тебя покойником, — парировал Винтэр. — Здорово тебя тогда порешили.

…Сразу несколько серебряных пуль свалили Диерса на ковровое покрытие, после чего их смертоносные сестры перебили держащую оружие руку. Вампир успел ругнуться на трех языках, откатился в сторону, хотел было кувырком восстановиться в исходной для атаки позиции, и тут множественные пистолетные выстрелы окончательно обездвижили вампира…

— Эти подонки здорово поплатились за свою выходку, да? — Джонатан Диерс озорно подмигнул.

В глазах же Винтэра не было ни капли озорства или веселья. Он смотрел хмуро, даже отчасти зло. В недрах глазных яблок Оборотня клубились чуть заметные со стороны всполохи багрово-красного сияния. Именно тогда он утратил Настю, свою дочь. Диерс как мог пытался защитить девочку, осознавая, что втянул беднягу-Виталия в приключение, сопряженное с великим риском. Но спасти жизнь ребенка вампир не успел.

Бывшие напарники, прошедшие семь лет назад огонь и воду, покинули кабинет Мастера и поднялись на несколько этажей выше. Виссен здесь кипел, бурлила жизнь города-муравейника: сновали туда-сюда люди в военной и гражданской форме, в белых медицинских халатах и в летных комбинезонах; на плохо смазанных тележках рабочие перевозили различные грузы, хлопали двери, отовсюду слышались голоса и технологические звуки.

— Наверное, мне нет смысла спрашивать, чем ты занимался последние годы, — задумчиво говорил Диерс, распахивая двери конференц-зала, в котором предстояло обсудить с командой детали предстоящей миссии.

Быстрый переход