— Ну, здравствуй, уродец мелкий. — Да что ж все к моему росту цепляются? — Что-то ты не спешишь домой.

Заметив пару заинтересованных взглядов, оглядел Куро. Миром это дело явно не завершится, а значит, надо сделать так, чтобы свидетелей было по минимуму. Демонстративно осмотрев его свиту, стоявшую у меня по бокам, перевел взгляд на заводилу и усмехнулся.

— Грамотно. На всех у меня точно палочек для еды не хватит. — Заметил, как один из тех двоих, что стояли по правую от меня руку, с забавной черно-красной шевелюрой, поморщился. Похоже, что для него не все потеряно.

— Много чести для тебя — устраивать поединок. Ты будешь избит как собака. Жалкая безродная дворняжка.

— Как собака, — задумчиво сказал я. — А вы-то кто тогда?

— Служба контроля над животными.

— Ну… пойдемте. Служба контроля, хех. Пообщаемся без свидетелей. — И, развернувшись, неспешно пошагал во дворик за главным корпусом. Место малолюдное, особенно после уроков, и находится в торце здания со стеной без окон.

В центр двора я выходить не стал, а остановился рядом со стеной, вдоль которой и шел. Повернувшись к аристократикам, ухмыльнулся. Псы войны, етить. Вальяжная походка, ухмылки и демонстративное похрустывание костяшками пальцев. Ну ничему этого придурка столовая не научила. Лишь одному из парней все это, похоже, не нравилось. Как он нахмурился при нашей встрече, так, походу, и не выходил из своего хмурого состояния. Когда все остановились, он оказался за спиной своих дружков и как-то не стремился поучаствовать в намечающемся избиении. И глядя на этих, мнящих о себе невесть что, школьников, я вдруг вспомнил о неоплаченном долге и о том, что тот урод как-то засиделся в Германии. Папашу его грохнуть, что ль?

— Чисто интереса ради, что вы собираетесь делать с Кояма Шиной, когда она обо всем узнает? Нет-нет, — поднял я руки вверх, — я ничего никому не собираюсь рассказывать. Но вы, в великой мудрости своей, решили поймать меня на глазах у половины школы. Как раз после уроков, когда на выходе толпится до жопы народу.

— Не волнуйся, смерд, уж девку мы как-нибудь уболтаем. — Шину-то? Наивные чукотские парни.

— Что ж, раз так, — сказал я, медленно доставая из поясной кобуры за спиной Глок 17, - тогда давайте уже начнем веселиться.

Детки занервничали, пусть даже они все «воины», сильно сомневаюсь, что они опытны с «доспехом духа». Мизуки, например, тоже «воин», но использовать «доспех» на полную научилась совсем недавно. До этого она могла только защищаться с его помощью, да и то… так себе, а вот использовать его в атаке она научилась, я уж не говорю про какой-то опыт, незадолго до начала учебного года. Как Шина, всего на год старше своей сестры, умудрилась стать «учителем» в свои годы, я просто не могу осознать. Хотя то, что эти гопники еще не убежали и не начали переводить все в шутку, говорит о том, что они как минимум защищаться от огнестрела могут, но вряд ли долго. На всех четверых моих двух обойм, скорей всего, не хватит, но уж двоим-то я ноги прострелю.

— Ты не посмеешь, — начал Куро. — Стрельбу из пистолета в школе тебе никто не спустит. К тому же это незаконно.

— Незаконно? Может быть. Если бы я не имел ранга «ученик» в стрелковом бое. А так как я его имею, то хранить и носить пистолет я могу на вполне законных основаниях.

— Но не применять…

— Дебил. Применение мной огнестрельного оружия будет рассматриваться в суде. А учитывая, что свидетелей того, как меня куда-то отвели четыре «воина»… Вы ведь «воины»? — уточнил я.