Девчонки защищаться не торопились вовсе. Они находились за нашими спинами и теперь составляли основную боевую силу. Катя с видом заправского ниндзи бросала в бескудов какие-то крохотные мешочки, которые нечисти явно не нравились. Те сразу забывали про бой и начинали судорожно, до крови, расчесывать свое безволосое тело. Света с помощью телекинеза и Игл расправлялась с теми недотепами, которые все же пытались прорваться сквозь нашу огненную оборону.

И тогда бескуды сменили тактику. Они отступили, растворившись в темноте, подарив нам короткую передышку. Но радоваться мимолетной победе не позволили. Следующая волна ударилась о каменный доспех — нечисть благоразумно решила, что раз уж огонь не очень хорошо влияет на здоровый образ жизни, то нужно искать слабое звено. Не думал, что им окажусь я.

Но вышло все именно так. Атака накрыла меня с головой, не позволяя даже вздохнуть. Ни о каком нормальном ведении боя речь уже не шла. Лишь бы отбиться. Между тем нечисть пыталась прорваться к девчонкам, справедливо решив, что лучше сначала вывести из игры их. И почти получилось. Аганин в самое последнее мгновение успел расширить воздушный щит.

— Я долго не продержусь, — не проговорил, а простонал он.

— Максим, отвлеки их! — крикнул Куракин.

Легко сказать. На мне повисло с десяток бескудов, тщетно пытаясь прорваться сквозь каменные доспехи. Но я все же внял просьбе высокородного и, тяжело отрывая от земли ноги, направился в темноту, под многочисленные взоры кошачьих глаз. Нечисть восприняла это правильно, решив, что один из магов пошел в контратаку. Мне удалось продвинуться лишь немного, после чего нагруженный существами я свалился на землю. И никакая сила, которую, кстати, приходилось тратить буквально галлонами, не могла мне помочь. Ситуация сложилась патовая. Двинуть руками, чтобы скастовать хоть какое-то заклинание, я не мог. Поэтому оставалось лишь лежать и надеяться, что ребята придумают что-то прежде, чем у меня закончатся силы на подпитку брони.

И Куракин придумал. Факел перестал работать, превратив высокородного обратно в человека. Зато четверки опоясал огненный круг. Неплохой такой, высотой больше двух метров. Представляю, каких усилий Саше стоило сотворить подобное.

Куракин подал знак остальным, и вся группа двинулась ко мне. И вместе с ними перемещался и круг. Самые глупые и разгоряченные боем бескуды промедлили и поплатились за это жизнью. Остальные шипели, кричали, но отступали. Таким макаром Куракин со своим магическим щитом дошел и до меня.

И оказалось, что каменный доспех против огня довольно слабая защита. Я почувствовал себя курицей, засунутой в духовку. Еще мелькнула мысль, когда если не сейчас высокородному в очередной раз попытаться меня убить. А что? Даже учитывая списанные пятьдесят баллов за потерю драгоценного лидера, наша группа все равно будет в большом плюсе. Первое место, а вместе с ней и аудиенция Уварова обеспечены. Мавр сделал свое дело, мавр может стать курой гриль.

Но опасения были напрасными. Огонь на мгновение задержался на мне и продвинулся дальше. Я скинул обжигающие камни и поднялся потирая горячую кожу. Ей богу, будто из бани вышел.

— Чуть не поджарил меня, — укоризненно сказал я Куракину.

— Но не поджарил же. Кто не рискует…

— Того не закапывают в спичечном коробке.

Сказал, а сам осекся. Только теперь, вблизи, я разглядел, каких усилий все это стоило Куракину. С него градом лил пот, а сам он покачивался, того и глядишь вот-вот рухнет в обморок.

— Сколько еще продержишься? — спросил я, вглядываясь в темноту.

— Недолго, — откровенно признался Саша, забыв про свой гонор. Правду говорят, честным быть хорошо и приятно.

Однако главный вопрос оставался открытым — как действовать дальше? Да, бескудов мы потрепали знатно, явно уничтожив большую часть стаи.