Женщина по имени Бонни попросила купить ей холодной кока-колы.

— У меня все пересохло внутри.

— Добро пожаловать во Флориду, — буркнула Иди.

Кусака швырнул на колени Иди три десятидолларовых бумажки.

— «Джонни Ред», — велел он.

— Не очень-то разумно пить, когда в тебе полно кодеина, — еще раз попыталась отговорить его Иди.

— Ладно, бывали ситуации и похуже. И не похоже, что ты дала мне кодеин.

— Колено все еще болит, да? Но на пузырьке было написано «кодеин».

Кусака переложил револьвер в левую руку, а на правую намотал волосы Иди, как будто намеревался вырвать их с корнем, словно пучок сорняков. Иди закричала, на что Кусака ответил ей:

— А мне плевать, что там было написано, хоть «скипидар». Тащи виски.

Как только он отпустил Иди, она пулей выскочила из машины. Уже в дверях магазина Иди обернулась и сделала неприличный жест, адресуя его Кусаке.

— Упрямая сучка, — выругался Кусака.

— Злая девица, — согласился с ним Сцинк.

Бонни потрогала кожу, обожженную солнцем, и подумала, что с удовольствием окунулась бы сейчас в снежный сугроб.

— Господи, как же жарко, хочется раздеться, — сказала Бонни и сама испугалась того, что произнесла это вслух.

Кусаку настолько удивило и ошеломило это заявление, что в голове у него не мелькнуло даже никаких похотливых мыслей.

— Эй, детка, да что с тобой? — спросил он.

— Мне душно, — ответила Бонни.

Кусака опустил взгляд на грудь молодой женщины. Ничто так не выбивает из колеи, как вид женских сисек. Кусака понимал, что если она продемонстрирует сиськи, то он непременно размякнет, его власть над пленниками ослабнет и ее уже не восстановишь даже с помощью револьвера.

— Не смей, черт побери, раздеваться, — приказал он.

— Не беспокойтесь. — Бонни смутилась и занервничала.

Из багажника джипа, где лежал Левон Стичлер, запеленатый, словно в кокон, в старые портьеры, послышалось хныканье. Сцинк предположил, что старик, должно быть, слышит их разговоры.

Иди Марш вернулась из магазина, в ее волосах посверкивали крохотные капельки дождя. Она протянула Бонни банку «Доктор Пеппер».

— Кока-кола у них теплая. Держи, осел. — Иди швырнула Кусаке коричневый бумажный пакет. Он извлек из него бутылку «Джонни Уокера», открыл ее одной рукой, закинул голову и принялся хлебать из горлышка.

— Полегче, — предостерегла Иди.

Бросив на нее презрительный взгляд, Кусака облизнул губы.

— Готов поспорить, что ты будешь прекрасно выглядеть абсолютно лысой. Как тот парень на обложке последнего номера «Стар Трек», Джин Люк… вы с ним можете сойти за двойняшек.

— Только попробуй еще раз дотронуться до моих волос, — предупредила Иди.

Кусака медленно поднял дуло револьвера и упер его в кончик носа Иди. Затем взвел курок и сказал:

— Ну, давайте. Попробуйте кто-нибудь отговорить меня.

«Ох, Господи, прошу, не надо», — подумала Бонни. Она задрожала от страха, тело покрылось потом.

Кусака сделал еще один большой глоток виски. Одноглазый мужчина напомнил ему, что в револьвере осталось мало патронов.

— Если ты застрелишь ее, то на всех остальных останется всего один патрон.

— Есть и другие способы, кроме револьвера.

Сцинк раскатисто рассмеялся.

— Сынок, у меня стойкий иммунитет на тупые и острые предметы.