Николь постучала по кнопкам, вделанным в столешницу, мой инфовизор зазвонил, и на экране загорелись слова «изображение недоступно». Через несколько секунд буквы погасли, Джунипер ответила на звонок.

— Кто это? Ты, Фиона?

— Это не Фиона. Я говорю от имени носача. Меня зовут Эмбер.

В передатчике неодобрительно фыркнули. Кажется, это был Адика. Ему явно не понравилось, что я назвала Джунипер свое имя.

— Носач хочет тебя успокоить, — продолжала я. — Тебя ни в чем не подозревают.

В голосе Джунипер зазвучало бешенство.

— Если меня ни в чем не подозревают, то зачем меня привели сюда, зачем заперли в этой комнате и зачем носач читает мой разум?!

— Носач больше не читает твой разум, — поспешно ответила я. — Носач хотел, чтобы я извинилась за прежнее вмешательство. Он читал твой разум, потому что знает, что ты невиновна и твоя невиновность поможет ему найти настоящего преступника.

— Звучит бессмысленно, — заметила Джунипер.

— Это запутанная ситуация. Если хочешь, я попытаюсь все объяснить.

— Почему ты вообще говоришь от имени носача? — потребовала ответа Джунипер. — Почему он не может позвонить сам?

— Носачи необычно выражают свои мысли, и людям часто сложно их понять. Моя работа — объяснять, что пытается сказать носач.

— То есть, ты переводчик? — уточнила Джунипер.

Я раньше не слышала этого слова, но Лукас энергично закивал.

— Да, — сказала я.

— Хорошо. Ты переводчик носача. — Голос Джунипер зазвучал спокойнее. — Теперь объясни мне, как ложь невиновному и копание в его мозгу поможет носачу найти настоящего преступника?

— Носач понятия не имел, что тебе солгали по поводу возвращения домой. Носач понимает жестокость подобного поступка и просит прощения.

— Значит, это Фиона решила мне соврать, — пробормотала Джунипер. — Хотела облегчить себе жизнь, и неважно, насколько это ранит меня.

— На непрофессиональное поведение Фионы подадут жалобу. Если хочешь, ей прикажут вернуться и лично перед тобой извиниться.

— Я больше не хочу видеть Фиону. Так о какой запутанной ситуации ты говорила?

Какое-то время я подбирала слова. Джунипер не сочтет странной длинную паузу, поскольку думает, что со мной говорит носач.

— Когда группы подозреваемых с морской фермы прибывают в улей, их разумы всегда читает один и тот же носач.

Джунипер раздраженно фыркнула.

— Ничего сложного. Это разумный метод работы.

— Сложность в том, что носач, читавший разумы жителей фермы последние сорок лет, сейчас вынужден закончить работу из-за возраста и состояния здоровья.

— О. — В голосе Джунипер зазвучало неожиданное сочувствие. — Значит, носачи стареют и болеют, как обычные люди?

Я наморщила нос.

— Да. Обязанность чтения разумов людей с морской фермы переходит к новому носачу. Я говорю от его имени.

Я попыталась получше сформулировать следующие несколько предложений. Нельзя рассердить Джунипер критикой в адрес жителей фермы.

— Нового носача предупредили, что люди на морской ферме живут не так, как в улье, — сказала я. — Поэтому и думают они совсем иначе. Новый носач должен прочитать мысли невиновного человека, чтобы узнать об этих отличиях.

— То есть твой носач должен прочитать мой разум, чтобы установить точку отсчета?

Джунипер говорила так, словно по-новому поняла ситуацию.