- А Ноэль дома? — спросила я. И с замиранием сердца ждала ответа.

- Нет. Уехал утром. Срочные дела! Сказал, что будет только вечером! — отмахнулся ворон, глядя на воинственную бабушку.

- Это сугубо семейное дело! — отрезала она, смерив взглядом чародея.

- Выходи за меня замуж! — произнес Ворон, поправляя темные волосы с проседью.

- Что?!! — округлила глаза бабушка. Шпилька выпала у нее изо рта на пол.

- И тогда это будет уже семейным делом! Готов жениться, чтобы узнать, что происходит! — перегородил нам дорогу Ворон.

Он нахмурился, пока я пыталась ему объяснить то, что знаю. Бабушка ругалась и собирала вещи. Где-то, видимо, икал дедушка.

- Мы ведь ненадолго? — спросила я, прикидывая по времени. Во всей этой суматохе я чуть не забыла о самом главном!

- Думаю, до полуночи управимся! — отозвалась бабушка, решительно вооружаясь уликами. 

Я понимала, что бабушку не остановить. И если дедушка действительно что-то знает про маму и папу, я должна быть там! И защитить бабушку!

- Ноэль в курсе. Он обещал заняться этим делом, когда дойдут руки, - пытался остановить нас ворон.  — Просто потерпеть никак?

- Когда у Ноэля дойдут руки, этот старый выпердыш больной самки дракона уже сдохнет! И мы так ничего и не узнаем! Я почти двадцать лет ищу свою дочь! Двадцать лет! И нигде не могу найти! — закричала бабушка. — И если он знает, где она, то я высосу из него правду!

Она раскрыла медальон с портретом мамы и тут же закрыла. Медальон был сжат в ее дрожащей бледной руке.

- Пойдем, Тирания, - дернула меня бабушка. Она проверила, не затерялось ли какое-нибудь письмо возле кровати.

- Одну минуту, бабушка! — крикнула я, хватая перо и чернильницу.

- Я бы полетел с вами, - с сожалением произнес ворон, присев на столик. — Но … Короче, сознаюсь! Никуда я не летал. Просто наблюдал за дедом при помощи зеркала. В связи с некоторыми событиями я официально числюсь почетным трупом. И лучше бы мне не показываться на людях… Поэтому я и изображаю домашнюю зверюшку. Как умею.

- А что вы такого сделали? — спросила я, посадив кляксу на бумагу. «Тирания! Ты идешь?», - послышался голос бабушки. Она не находила себе места.

- Да так, напустил на город толпу голодных зомби…. Мелочь, но все почему-то обиделись! — заметил Ворон. — А, казалось бы, в дверь ломятся не чужие люди!

Буквы прыгали по бумаге, строчки разъезжались в разные стороны. Я поставила точку и бросила перо на стол.

«Любимый… Любовь — это доверие. И я хочу, чтобы ты научился доверять мне. Мне нужно уехать. Срочно. Обещаю вернуться к полуночи. Ни минутой позже. Не переживай за меня!», - прочитала я свою записку.

- Передай это Ноэлю, - попросила я, протягивая свернутую бумагу. Бабушка влетела в комнату с криком: «Ты идешь?».

- Мадам, да вы сегодня вообще не в духах! — заметил ворон, пока бабушка нахлобучивала на меня плащ.

- Согласна! Я сегодня еще никого не задушила! — отозвалась бабушка, мило улыбаясь. — Хотите быть первым?

- Карета подана. Я ничего не видел, - произнес он, взмахнув рукой.

А потом осмотрелся по сторонам и подошел к бабушке.

- Береги себя, Тварианна, - усмехнулся он, пытаясь ее поцеловать. Я немного покраснела. Бабушка отмахнулась.

Мы спустились вниз. Возле ворот стояла черная карета. На козлах сидел молчаливый кучер.

- Он не разговорчивый, - заметил ворон, летя за нами. — У меня интеллектуальные трупы получаются редко! Но, дорогу я ему объяснил.

- Спасибо, только не забудьте… - просила я, высунувшись в окно.