– Он твой брат, кажется?

– Сводный. Сын Риаен, но не от моего отца, не от Кирана. И он с рассветом будет в Себере. Приятно видеть, что он так же уверен в себе, как и раньше.

Лайвен пожала плечами.

– Вероятно, переговоры с нашим шэдом. Уверенность здесь ни при чем, у него наверняка хорошая дружина и он не боится долгого пути.

– Орвин терпеть не может любой путь, он домосед не меньше меня. Заставить его покинуть Алдион ради лежащего в тысячах этелей занесенного песком Себера могло что-то чрезвычайное. И это не переговоры.

– Важные дела всегда решаются лично, – рассеянно заметила Лайвен, просматривая свиток. Читать она научилась недавно и медленно вела пальцем по неровным рядам символов. – Возможно, они будут обсуждать военный союз или торговлю между городами.

– Возможно, – согласился Крэйн. – Дело не в этом. Алдион куда крупнее и могущественнее Себера, шэд Орвин никогда не стал бы ехать на встречу сам. По заведенным правилам шэд меньшего города обязан самолично нанести визит.

– А ты неплохо знаешь правила тор-склета.

– Я достаточно долго в нем жил, – без улыбки сказал Крэйн. – Нет, тут все серьезнее. С ним два десятка дружинников, кое-кто мне знаком по описанию. Это лучшие из всех. Орвин не стал бы по мелкому поводу тянуть своих лучших людей. Да и сам по мелочи не вышел бы даже из тор-склета.

– Может быть. – Лайвен отложила свиток. – И о чем это говорит?

– Он ищет меня, – просто сказал Крэйн. – Это загон. И он вообразил себя главным загонщиком.

– Думаешь, слава о тебе дошла уже до Алдиона?

– Слава – не подспорье в моей работе, дорогая, даже здесь обо мне наслышаны не так уж много. Но шпионы Орвина, судя по всему, не напрасно получают свою похлебку. Я их недооценивал, если они добрались уже сюда. Впрочем, все складывается очень хорошо.

– Тебе, наверное, стоит на время покинуть город. До рассвета еще есть время, бери своих шеерезов и уходи. У тебя есть хегги, тебя примут в Нердане…

– Нет. – Он повернул голову и посмотрел на нее ледяным взглядом, от которого сердце начинало неприятно ныть. – Один раз я уже бежал от него. Второго раза не будет. Я рад, что Орвин сам пришел ко мне. Я рассчитывал, что смогу подобраться к нему еще не скоро, но он сам подставляет голову под мой эскерт. Что ж, он всегда был слишком самоуверен.

– Ты хочешь его смерти?

– Да. Медленной, тягучей смерти. Отплаты за все.

– Он не виновен в том, что твое уродство вышло наружу, – жестко сказала Лайвен. – Если жаждешь мести – начни с себя.

– Он виновен. Можешь считать, что я его уже приговорил, осталось только вынести кару. Если бы не он – я никогда не покинул бы Алдион.

– А стал бы шэдом. И пил кровь целого города не только в Урт, как сейчас, но и в Эно. Так?

– Если б не Орвин, шэдом стал бы мой брат, Лат. А я, вероятно, по-прежнему таскался бы по трактирам с Армадом, пил фасх, совращал дам из тор-склета, философствовал и занимался прочей ерундой.

– Ты всегда можешь вернуться.

– Нет, Лайвен. Пока жив Орвин – не могу. Да и потом… Мне будет тесно в Алдионе, да и скучно, пожалуй. И воспоминания. Они не уйдут. Я покинул Алдион навсегда. Но Орвин умрет, этого не изменить.

– Ты сам изуродовал себя. Не лги себе, Крэйн.

Он вздохнул и, взяв у нее из руки свиток, бросил на пол.

– Ты не понимаешь.