– Уверена, что хватит.

Кэтрин взяла у Реды кувшин и пошла обратно в замок. Она пыталась понять, почему старик относился к ней с такой неприязнью. Очень может быть, что и Сесиль столкнулась здесь с такой же враждебностью. Конечно, они обе нормандки, но ведь они всего лишь женщины и не имели никакого отношения к кровавым битвам за Англию.

Но следовало отдать старику должное. Он был не очень-то вежлив, но в приметах разбирался – погода быстро менялась, и по небу уже проносились темные облака, то и дело скрывавшие луну.

Кэтрин быстро поднималась по ступеням, глядя под ноги и обеими руками прижимая к груди кувшин. Ни в коем случае нельзя было споткнуться и разлить молоко. Тут резкий порыв ветра взметнул ее юбку, и в следующий миг девушка замерла, увидев перед собой лорда Эдрика.

– Где мой сын?! – рявкнул Эдрик. Он заметил, как Кейт вышла из замка вместе со служанкой. Но кто же остался с младенцем?!

– Он с Гвен, милорд, – ответила подоспевшая Реда. – Лора велела нам показать нормандке, где брать молоко.

Эдрик смерил служанку строгим взглядом. Затем забрал у Кэтрин кувшин и вручил его девице.

– Полагаю, у тебя есть чем заняться.

– Да, милорд. – Реда поспешила удалиться. Кэтрин направилась за ней, но Эдрик остановил ее, схватив за руку.

– Одна из служанок будет приносить Эйдану молоко. А тебе самой не следует выходить. И, конечно же, нельзя выходить с младенцем на холод.

Кэтрин попыталась высвободить руку, но Эдрик еще крепче ее сжал.

– Я не против… иногда выходить из замка, милорд, – пролепетала девушка. – А Эйдана можно закутать получше, не так ли, милорд?

«Если сделать еще один шаг, ее грудки коснутся моей груди», – промелькнуло у Эдрика. Он видел ее розовые сосочки, когда она склонилась над Брайсом, зашивая его рану. Даже тогда ему ужасно хотелось прикоснуться к ее груди, и он с трудом сдержался. Да и ножки у нее изумительные… Он представил, как эти ножки обвивают его, и ему вдруг почудилось, что он услышал ее страстные стоны.

Она чуть отстранилась от него, прижавшись к холодной каменной стене, но Эдрик не собирался так просто отпускать ее. Упершись одной рукой в стену, он провел пальцем по ее подбородку, затем по изящной шейке. Она облизала нижнюю губу и тут же прикусила ее.

– Значит, никто не ждет тебя в Раштоне?

Кэтрин медлила с ответом, как в тот раз, когда ее расспрашивал Дроган. Эдрик же смотрел на ее пухлые губки, ему казалось, он уже чувствует их вкус.

– Нет, милорд, никто не ждет.

«Какой у нее чудесный голос, – думал Эдрик. – Какой сладостный…»

Он заглянул ей в глаза.

– А мужа нет? – Эдрик вдруг понял, что перешел на шепот. Она отрицательно покачала головой, и он вздохнул с облегчением. – Выходит, я не позволил Леоду Фергюсону сорвать… цветок невинности?

Она судорожно сглотнула.

– Да, милорд, я девственница.

Сердце Эдрика гулко билось в груди. Он уже решил для себя, что не станет связываться с этой нормандкой, но его тело наотрез отказывалось внимать голосу разума. Обняв девушку за талию, он привлек ее к себе и медленно склонился над ней. Казалось, еще немного – и его губы коснутся ее губ, но тут за спиной у него послышались чьи-то шаги и голоса.

– Лорд Эдрик!.. – закричал Дроган. – Милорд!.. Эдрик отступил от девушки, и она тут же бросилась бежать.