– Кати за кулисы, актриса. И не пугай больше так людей…

Я торопливо нащупала рукой платье и трусики, плюнув на все остальное, бросилась туда, где по моим ощущениям должен бы был быть выход. Не успела я приблизиться к кулисе, как ощутила на плече чьи то пальцы. Они потянули меня в сторону, и я через пару секунд оказалась в том самом слабоосвещенном коридоре, откуда и началось мое бесславное восхождение на сцену. За плечо меня держал тот самый парень в черном костюме, который совсем недавно вытолкал меня на позор и унижение. Сейчас он смотрел на меня с не скрываемой насмешкой и качал головой.

– Ну и дала ты жару нашим посетителям, крошка. Теперь у них надолго есть чем занять свои шаловливые ручонки…

– При чем тут это? – Я сердито вырвалась из цепких пальцев парня и начала натягивать свои белые трусики с ромашкой. А поняв с некоторым опозданием какое именно мужское занятие имел ввиду насмешливый молодой человек, мучительно покраснела и чуть не разрыдалась от стыда и отчаяния.

В это время в коридоре появился тот самый строгий «учитель» с которым мы только что зажигали на сцене. В отличии от первого он на мои прелести даже не взглянул.

– Сигаретки не будет? – Обратился он к моему собеседнику. Тот покачал головой и сказал:

– Не стоит у сцены дым пускать, кури у себя в комнате…

– Ладно, – проворчал «учитель» – потерплю до гримерки. Но ты знаешь, Кирилл, ты все таки как то предупреждай в следующий раз, когда в пару мне будешь всяких придурошных лохушек ставить. Я чуть от злости не лопнул, когда она начала ломаться на сцене и строить из себя целку невидимку с портфелем… – Он презрительно глянул в мою сторону. – Все таки меру надо знать и не перегибать палку то, здесь клуб, а не малый драматический театр, чтоб вы знали…Пришлось даже как дурачку ей подыгрывать…

– Да ладно тебе Егор, прикольно ведь получилось… Ты послушай, в зале сплошной рев стоит от восторга. Давно у нас такого оглушительного успеха не было… И ты стариной тряхнул и девочке помог с робостью справиться…

– А ты молодец вообще то. – Неожиданно улыбнулся мне Егор. – Я ведь сразу понял, что ты первый раз у шеста сегодня оказалась… Сначала, конечно, был полный аут, а потом мне даже понравилось. Не вешай нос, – Заметив слезы в моих глазах, он снова улыбнулся. – У всех это когда то бывает в первый раз. А ты классно двигаешься, хоть техники и в помине нет, а раскрепощено и очень даже… как бы это назвать… возбудительно. Короче, не дрейфь – смелость города берет. Мы ведь с тобой и правда имели успех у публики, букашка! – Последние слова донеслись до меня, когда Егор уже скрылся за поворотом коридора.

– Точно что букашка! Застегивайся быстрее и избавь меня от обозрения этой твоей дизайнерской находки. – Внезапно появившаяся не известно откуда у меня за спиной женщина выглядела очень раздраженной. Она презрительно посмотрела на мою бабку коробку, на дрожащие пальцы никак не желающие нормально и быстро застегнуть обычные пуговицы на коричневом форменном платье и недовольно повернулась к Кириллу. – Что за отсебятина? С каких это пор принято выходить к шесту без лифчика и в трусах украшенных букашками? Может, кто то из вас потрудится объяснить мне, что происходит в моем собственном клубе, причем не только без моего разрешения, но и даже без моего ведома!

– Кать, давай перенесем разбирательства в гримерку… Не стоит всем знать о наших внутренних заморочках , а? – Спокойно сказал парень и ровным размашистым шагом, не оглядываясь, двинулся по коридору в сторону двери с надписью, «гримерная № 8» .