– Туфли сниму, а спать не стану. Хочется посмотреть как наш город смотрится сверху.

– Ну как знаешь, – Пожал плечами он и улыбнулся. – Кстати, напомни, когда прилетим купить Тимону что нибудь вкусненькое. Характер у него хоть и препакостный, и сам он ужасно вздорный и упрямый, но видно даже от таких никчемных существ, как он, иной раз бывает прок. Он здорово помог нам. Правда? Я даже, пожалуй, куплю ему дорогой ошейник от блох. Красивущий, просто по последней парижской моде. – Мы рассмеялись, и на душе сразу стало как то легче.

– Я так сильно трусила , что у меня даже ноги тряслись. – Доверчиво поделилась со спутником я. – Больше всего боялась, что кто нибудь это заметит и заинтересуется, что это я так дергаюсь… Я, честно говоря, до последней минуты не верила, что мне вот так вот просто удастся покинуть эту не слишком приветливую со мной страну. Я все ждала , что случится что то такое… непредвиденное … и меня схватит милиция. Я ведь совсем не похожа на Катю. Да что говорить, ты же сам знаешь, какая она и какая я…

– Ты – красавица, Эгле. – Осторожно взяв меня за руку, сказал Кирилл. В его глазах в этот момент промелькнуло что то такое, что я покраснела и поспешила выдернуть свою руку из его горячей ладони.

* * *

Кода мы поднялись, наконец, в воздух я заворожено прильнула к толстому стеклу иллюминатора. К моему глубокому разочарованию город был почти не виден под плотным слоем мягких пушистых облаков. Кир, больше не пытался со мной заговорить, он, откинувшись на сидень,е то ли дремал, то ли думал о чем то своем. Я не рискнула его тревожить, как то не удобно было… Это сделала за меня стюардесса, появившаяся в походе с тележкой нагруженной пластиковыми тарелочками и бутылками.

Передав мне бутылку пепси, картошку с мясом и салат в вакуумной упаковке Кирилл с заговорщическим видом попросил стюардессу.

– Принесите, пожалуйста нам с девушкой коньячка. – он оценивающе посмотрел на меня. – Грамм по сто, я думаю, будет вполне достаточно.

Минут через пять на столике перед Киром уже выстроилась шеренга из четырех микроскопических пятидесяти граммовых бутылочек с коньяком.

– Ну что, отметим знакомство? А то как то не по людски у нас с тобой получается.

– Отметим. – Легко согласилась я.

– Ты хоть коньяк то пила раньше? – Отворачивая маленькие металлические крышечки, спросил он.

– Нет, – честно призналась я.

– Господи! – Простонал мой спутник. – Ты хоть что то до знакомства со мной умела? Такое ощущение, что ты жить начала буквально вчера вечером, где то за час до того, как ветер занес тебя в гримерку Танюхи Ворониной. Ты не пьешь, не куришь, краснеешь постоянно, как девочка, да еще букашки эти… Я чувствую себя буквально каким то растлителем малолетних детей, прости господи. – С какой то не понятной досадой неожиданно закончил он. – У тебя и жениха наверное не было путевого еще?

– Нет. – Я с легкой улыбкой покачала головой. – Конечно, в школе за мной мальчики ухаживали, дергали за косы, портфель прятали… потом как то остепенились, стали солиднее знаки внимания проявлять, домой провожали…

– И все? – Вздохнул Кирилл. – Не густо. А после школы что?

– Ничего. – Пожала плечами я. – Я ведь никуда не ходила, ни на дискотеки, ни в компании разные… Где же познакомиться было? У меня никого кроме Нюси не было. Она и сестричку мне заменяла, и подружку , и маму… Если деньги появлялись мы с ней в кино ходили, мороженое покупали, а нет так просто гуляли на витрины красивые глазели. Я ей про Литву рассказывала, она мне про своего мужа…

– Как говорится, у кого чего болит… – пробормотал Кир.