— Тогда ответь мне, будь другом: что ты видишь вокруг?

Виктор, не переставая жевать, драматично поднял глаза к потолку.

— Ты о таком будущем мечтал, когда работал экономистом на обувной фабрике и был все еще женат? — продолжил Раскин, комкая в руках салфетку. — Командовать толпой пускающих слюни кретинов? Быть одним из них, разве что иметь возможность больше времени проводить человеком?

Виктор вздохнул.

— Эх, неэтично спрашивать такое, нехорошо, брат! В эволюцию вновь вмешался космический фактор, и ничего с этим не поделаешь! Посуди сам: о чем мечтали динозавры в тот момент, когда на доисторическую Землю падал пресловутый астероид? Наверное, они мечтали жить. И что? Ничего. Никто не поинтересовался, что происходит в их микроскопических мозгах. Космический фактор, Федор. Хотим мы того или нет, людей ожидает участь динозавров, если они не примут правил игры. Не они первые, не они последние. Ну, а по поводу слюны, ты меня извини, — это небольшой побочный эффект симбиоза Грибницы и человека, Всеобщность уже думает над тем, как от него избавиться.

— И тебе не жаль этих людей? Эту планету?

Виктор развел руками.

— Нет.

— Нет?!

— С чего бы мне их жалеть? И кого? — он пожал плечами. — Федор, ты будто с луны свалился! Скажи, сколько раз за последний год тебе хотели пустить кровь за то, что ты мутант и ушелец? За то, что заражен Грибницей? За то, что немолод? За то, что безобиден? За то, что русский? За то, что лысый? — Виктор перевел дыхание. — Кого жалеть? Мир не без хороших людей, это верно. Но в своем большинстве человечество — это тупое, агрессивное, похотливое стадо животных. И, поверь мне, этому стаду гораздо комфортней проводить рабочий день, пуская слюни и параллельно купаясь в грезах Всеобщности, чем оставаться наедине со своими злыми и неинтересными мыслями. Дурак ты, Федя, охрип я из-за тебя.

Виктор небрежно плеснул в свою рюмку. Залпом выпил, закусив долькой лимона. Раскин задумчиво пожал плечами.

— Бред какой-то! Будто тебе позволили судить, как будет комфортней той части человечества, которую ты называешь стадом.

— А кому, как не мне? — искренне удивился Виктор. — Ведь все те, о ком ты печешься, — вот здесь, — он приложил палец к своему виску. — Со своими мыслями и мыслишками! Да, Федор. Я знаю, о чем говорю, а ты, дружище, — нет. Твои аргументы базируются на услышанной где-то краем уха идеалистической пропаганде и нежизнеспособны, поскольку эфирны, как сам мир идей. Да и сам ты не веришь в то, что говоришь!

Раскин вспомнил «зомбака» Кирилла и подумал, что в словах «надзомбака» Виктора есть доля правды. Однако он прибыл сюда не ради поисков истины, а чтоб найти способ расправиться с Грибницей — всего-то! Подобные споры хороши до определенного момента, подумал он, пока они помогают собрать информацию для размышления… Или его дезинформируют? Раскин нахмурился.

— Федор! — воззвал к собеседнику Виктор. — Людям сегодня подарена такая свобода, о которой никто и мечтать не мог! Да, Всеобщность — это система. Но справедливая и объективная система! Чтобы перерасти в подобное естественным путем, человеческому обществу понадобились бы тысячи лет непрерывного развития! Люди наконец стали свободно заниматься тем, на что они способны. Я вот, например, талантливый экономист. Я не являюсь магнатом, чьим-либо кумом, у меня нет патрона в высших эшелонах Федерации. И кем я стал? Начальником самой успешной колонии людей! Ты — кто? Колонизатор? И будешь себе колонизировать по мере сил, делиться опытом, учить, консультировать. Никто никогда не решит использовать тебя в качестве бойца «спецназа».