— Кто? Кто вам сказал?

— Фрау Десмонд.

— Что ты ему там наговорила, моя дорогая?

— О разных разностях рассказала, но ничего не придумала, ты уж поверь.

— Как нечестно, за моей спиной, — с деланной строгостью проговорил Вестен. — Вот уже никогда не подумал бы, что ты на такое способна. Пропустите меня, доктор!

— Нет, — сказал Шрайбер. — И не подумаю. Я вам уже сказал: вы должны на несколько дней лечь на обследование. Хотите в санаторий? Никто вас там знать не будет, я вас устрою анонимно. У вас будет все что пожелаете. Согласны? Что я могу еще для вас сделать?

— Умереть, — сказал Алвин Вестен.

— Простите?..

— Вы сами сказали, что я выйду отсюда только через ваш труп. Ну и вот!..

— Алвин! Как тебе не стыдно! — проговорила Норма.

— Мне ужасно стыдно, — ответил ей Вестен. — Потому что я торчу здесь, а меня ждут за стаканчиком доброго виски. Как я могу отказаться от предложения пить виски целую неделю?

— Вот еще новости! — удивился Шрайбер. — Вы собираетесь пить виски? Это правда?

— По две бутылки каждый день, — ответил Вестен. — В течение целой недели.

Шрайбер беспомощно взглянул на Норму. Та покачала головой.

— Позвони ему, Алвин! Скажи, что тебе запретили лететь. Отложи встречу на неделю. И объясни почему. В конце концов неделя роли не играет.

— Много ты понимаешь! Сейчас каждый миг на вес золота. Я вас в последний раз предупреждаю, доктор: выпустите меня отсюда, не то неприятностей не оберетесь! Если я опоздаю на франкфуртский самолет, вам несдобровать!

— Да он уже двадцать минут, как улетел, — сказала Норма.

— Тогда я найму частный самолет. Господин Варнер!

— Слушаю, господин министр! — Телохранитель встал и подошел к нему.

— Организуйте что-нибудь подходящее.

— Господин министр, я умоляю вас… — начал врач. Но Вестен перебил его:

— Идите же, идите, идите, господин Варнер.

Поколебавшись, телохранитель осмелился возразить:

— Сожалею, но сначала я должен получить разрешение господина Сондерсена.

— Пусть ваш Сондерсен лучше в мои дела не вмешивается! Я вам велел подыскать подходящий самолет, вот и займитесь чем положено!

Но Варнер и не думал уходить. Вестен по очереди оглядел всех стоявших перед ним.

— Слушайте, что я вам скажу! — сердито проговорил он. — Я старый человек. Недавно я просил Господа Бога продлить мне мою жизнь — и на то была причина. До сих пор Всевышний меня не подводил.

— Вы можете умереть во время полета, — предупредил его Шрайбер.

— Умирать все равно придется. Подумаешь невидаль какая! Пока я жив, я должен делать то, что считаю важным, необходимым и неотложным. Так я поступал всю жизнь. Не думаете же вы всерьез, что сейчас, перед самым концом, я буду жить иначе? Я отнюдь не выполнил всего того, что мне полагалось. Но сделать все, что в моих силах теперь, я обязан точно так же, как и любой из живущих.

— Как врач я несу ответственность за вас, — сказал Шрайбер.

— Безусловно, — согласился с ним Вестен. — Давайте договоримся, господин доктор. Если я подпишу вам сертификат? Ну, эту бумажку насчет того, что вы меня предупредили о грозящей мне опасности, но я беру всю ответственность на себя и не ложусь по вашему настоятельному совету в клинику на обследование, а улетаю из Германии.