А когда выдавался случай уединиться, они занимались любовью, не придавая значения тому, что не могли вымыться и падали от усталости.

 После пожара отношения их изменились. По крайне мере, проблема физической близости была решена к их взаимному удовлетворению. Но оставались нерешенными другие аспекты их отношений, которые смущали и злили Кэсс. Стив уже редко огорчал ее, больше заботился о ней, но он постепенно становился хозяином положения, к нему погонщики обращались за приказами, от него ждали решений. Она вдруг обнаружила, что оказалась в роли советчика. И все же она не могла открыто выступить против мужа на глазах у людей.

 Сдерживая Ангела, чтобы не обгонять медленных быков, Кэсс продолжала наблюдать за мужем. Еще недавно она даже представить не могла, что он станет огрубевшим, закаленным тяжелой дорогой человеком, грозящим взять в свои руки все ее дело. «Ты так боишься потерять свое дело? Или ты боишься потерять его?»

 Стив заметил, что жена с тревогой разглядывает его, и улыбнулся потрескавшимися губами.

 — Кайл говорит, что мы прибудем в Форт Юньен сегодня вечером. У нас будет настоящая кровать. Касс, и даже ванна.

 — Конечно, я приму ванну, — резко ответила она, поняв его намек.

 Стив смотрел ей вслед, понимая, как она, должно быть, измучилась. Он и сам смертельно устал и ждал окончания пути.

 Мятежник поплелся рядом с быками, а Стив задумался об их сделке. Они слишком далеко зашли в своих взаимоотношениях, они оба изменились, но хочет ли она, чтобы он остался? Будет ли она негодовать по поводу любовных ограничений, когда забеременеет, и корить его за то, что он занял ее место? Даже сейчас, когда кто-то подходил к нему с вопросом, он знал, что это приводит ее в бешенство.

 Конечно, он мог бы придерживаться первоначальных условий и оставить ей фрахтовочную империю, если родится сын. Но он знал, что никогда не сможет оставить своего ребенка.

 «А мог бы ты оставить Кэсс? Ты любишь ее?» — снова приходили на ум беспокойные вопросы. Стив Лоринг не думал влюбляться, во всяком случае, так, как описывают в романах. Он видел, чего стоило такое донкихотское поведение его отцу.

 У него не возникало никаких иллюзий, даже когда он обручился с Марсией Коулман. Она была пустой и легкомысленной, но страстной и послушной. Он бы принял ее такой, если бы тогда в конюшне она не показала свой настоящий характер. Господи, не хватает ему интриганок!

 Стив проклинал свои противоречивые чувства, гадая, не ощущает ли Кэсс подобную раздвоенность. Или она жаждет только физического удовольствия? В конце концов, занятие любовью было еще и средством полностью завладеть бизнесом. И все-таки есть шанс, что она его любит и хочет ребенка именно от него. Если так, они могли бы жить в настоящем браке, а не создавать пародию на него. Кэсс не признавалась ему в своих желаниях, разве только в порыве страсти. «Так же, как и ты», — подсказала его совесть.

 — Что ты там жуешь? — прервал его мысли поравнявшийся с ним Ханникат.

 Техасец и его добровольцы вернулись три дня назад, разобравшись с обозом Эймза.

 — Да вот гадаю, как буду чувствовать, себя, когда сдеру с тела солончаки, конечно, если смогу их соскоблить.

 — Вы станете чистым после хорошего мытья. А может, у Вас есть еще какой-нибудь способ, — добавил Кайл.

 Не обращая внимания на приглашение обсудить его чувства к Кэсс, Стив взял фляжку и сморщился от солоноватого вкуса воды.

 — Хорошо бы заменить это питье на виски, — проворчал он.

 — В форте есть водоем с проточной водой.

 — Господи, я надеюсь, что так — Стив вытер потный лоб.