– Черт‑те что… Неожиданно дверь снова раскрылась – в комнату вошел Марат.

– Извините, мужики, опоздал.

– Опоздал?

Марат плюхнулся на диван и отдышался.

– Надо было срочно уехать… – А что случилось? – поинтересовался Артист.

– Мне Муха позвонил.

– Что, в клуб?!

– В клуб.

Боцман и Артист переглянулись.

– Что‑то не очень мне нравятся такие неожиданности, – сказал Боцман.

– Еще один объявился, – с удовлетворением констатировал Артист. – Кажется, начинаем собираться… Кстати, он где?

– Догадайтесь с трех раз.

– Интересное дело, – проворчал Боцман, предчувствуя недоброе, – Муха, по‑моему, и сам не знает, куда его может занести.

– Так он не в Москве? – спросил Артист.

– Какая Москва, он звонил из Ивангорода, от самого, можно сказать.

Балтийского моря! Ничего не объяснил, сказал только, чтобы я срочно разыскал Сергея, что это вопрос жизни и смерти… – Во‑во, – вставил Артист, – Голубков нам то же самое говорил.

– Да, Серега действительно вляпался в большую и зловонную неприятность, – подтвердил Боцман. – Интересно только… – Да нет, – перебил Марат, – Муха мне сказал, что это вопрос жизни и смерти жены и дочери Пастуха, Оли и Насти.

– В каком смысле? – не понял Артист.

– В прямом. Муха рассказал, что собрался заглянуть к Сергею в деревню. А когда приехал, увидел, как девчонок какие‑то козлы запихнули в машину и увезли.

Ну, он и рванул за ними. Говорит, так и допилил без остановок до Балтики… Артист присвистнул.

– Ни хрена себе!

– Только этого еще не хватало… – Ну вот, – продолжил Марат, – Муха и просил передать Пастуху, что он довел этих козлов до границы с Эстонией. Куда они погнали девчонок дальше, он не знает.

– Та‑ак! Значит, они решили поиграть с нами в заложников.

– Мужики! – взмолился Марат. – Вы объясните мне в конце концов, что тут у вас происходит, или нет?!

– У нас тут цирк происходит. Шапито, твою мать. С фокусами, – сказал Артист и кивнул на экран компьютера:

– Вот, пытаемся сами что‑нибудь понять.

– Сегодня объявился Голубков, – пояснил Боцман, – и сообщил нам, что Пастух предал интересы Управления, а стало быть, и государства, и в связи с этим служба собственной безопасности Управления практически приговорила его.

– Не понял… – растягивая слова, проговорил с изумлением Марат.

– У нас была такая же реакция, – подхватил Артист. – Так что ты не оригинален.

– Он сказал, – продолжил Боцман, – что Пастух завалил какую‑то принципиально важную для них операцию и, кроме того, вошел в контакт с объектом внимания, против которого Управление работало. В общем, начальство в гневе.

Управление в панике… – Что за хреновина! – развел руками Марат. – Я знаю Сергея.

– Голубков нам доказал это.

– А еще, – снова ткнул пальцем в экран компьютера Артист, – он подкинул нам вот эту дискеточку и вон те фотографии, чтобы мы поближе познакомились с объектом внимания, фамилия которого Крымов. А потом сказал нам, что если мы хотим помочь своему командиру, то у нас есть целых десять дней.

Марат перевел взгляд с Артиста на Боцмана и обратно.