Теперь Андрей Сергеевич уже не изображал из себя образцового советского чиновника и жил в Гонконге относительно широко. Передвигался на хороших машинах, обедал в шикарных ресторанах, с удовольствием устраивал визиты ответственных работников из Москвы, приезжавших по неведомым делам.

Все активнее работала его агентурная сеть, и все чаще он бывал в теневом Гонконге. Эти визиты он не афишировал, ибо здесь его собеседниками неизменно становились лидеры могущественной организации, известной в мире под названием «Триады». О чем они разговаривали, какие строили планы – доподлинно неизвестно.

Однако едва ли Крымов с этими людьми обсуждал идеологические диверсии на территории коммунистического Китая или предлагал выкрасть чертежи ракеты‑носителя «Великий Поход‑3». Но доподлинно известно, что советские суда, заходившие в Гонконг, все чаще брали на борт дополнительный неофициальный груз, который доставляли в Находку или Владивосток. Там этот груз тихим ходом шел через всю страну в Ленинград, Мурманск или Калининград. Оттуда, опять морем, он попадал в Скандинавию и заканчивал свой длинный путь, как правило, в Амстердаме.

А еще доподлинно известно, что Интерпол очень долго не мог понять, откуда в Европу хлынул новый поток героина, и никак не мог выйти на пути его транспортировки. Грешили на сицилийцев и перекрывали Средиземное море. Но груз все шел и шел… Когда умер Брежнев, показалось, что это и есть то самое начало новых времен и теперь сбудутся все ожидания. Разные были надежды. И многие связывали их с новым генсеком – Андроповым. Андрей Сергеевич встретил это событие в Гонконге, где у него теперь была постоянная резиденция в шикарной вилле на побережье. Но на следующий день неожиданно последовал срочный звонок из Москвы от встревоженного тестя.

– Тебе лучше на время исчезнуть – возможны осложнения, – коротко и ясно сообщил тесть. – Когда все утрясется, я дам знать… Крымов спорить не стал. Когда через несколько дней ему позвонили из посольства и пригласили для беседы, Андрей Сергеевич с радостью согласился и обговорил удобное время. После чего немедленно вышел из отеля и бесследно исчез.

Резидентура сбилась с ног, разыскивая его, но все это было бесполезно. Крымова невозможно было найти в Гонконге‑в отличие от сотрудников КГБ и советского посольства, Андрей Сергеевич был там как у себя дома и надежных связей у него там было больше, чем у всех сотрудников резидентуры, вместе взятых. Таким образом, через неделю на Тайване объявился английский джентльмен Арчибальд Перри, решивший отдохнуть среди восточной экзотики от утомительного семейного бизнеса. Он явно не торопился и вполне беззаботно проводил время.

А тем временем действительно начались обещанные тестем осложнения.

Всесильный шеф КГБ Андропов, который знал реальную ситуацию в стране не понаслышке, решил взять круто, и Москва затрещала. Дело Чурбанова, торговая мафия… Одним словом, настали тяжелые времена для серьезных деловых людей. Но через год советский народ неожиданно понес очередную тяжелую и невосполнимую утрату – Юрий Владимирович Андропов скоропостижно скончался от почечной недостаточности. В Москве кое‑кто вздохнул спокойно… А может быть, и наоборот – откуда нам знать? – кое‑кто вздохнул, а уж Юрий Владимирович в результате умер… Во всяком случае, в стране победившего социализма уже тогда набирали силу законы мафии, один из которых ясно гласит: если человек мешает делу, человек должен умереть.

В один день с этой трагической вестью английский джентльмен на отдыхе Арчибальд Перри спешно засобирался в путь, намереваясь закончить затянувшиеся каникулы. И на следующий день он исчез навсегда. Зато в Гонконге снова появился Андрей Сергеевич Крымов, вернулся, как выяснилось, после успешного выполнения задания партии и правительства. Вынужденно прерванную работу необходимо было продолжать, ибо, как известно, капиталы не терпят простоя.