— Быть может, вы сядете и расскажете мне о цели вашего визита?

Мэдлин остановилась, взглянула на него, потом на кресло, на которое он указывал, и покачала головой:

— Я предпочитаю ходить.

Вздохнув про себя, Джарвис остался стоять за столом и смотреть, как она снова принялась именно за это, а Мэдлин, взглянув в его сторону и заметив, что он не сел, нахмурилась.

— О, сядьте, ради Бога! — Она указала ему на кресло. — Просто сядьте и слушайте. На сей раз это я должна кое-что сказать вам наедине. И я подчеркиваю — сказать.

— Обсудить. — Он снова опустился в кресло и, когда она бросила на него недоуменный взгляд, пояснил: — Вчера вечером я сказал, что нам нужно обсудить кое-что наедине — и мы обсудили.

— Разумеется, — моргнув, кивнула Мэдлин. — Вот именно поэтому я здесь. — Она развернулась и пошла мимо его стола в обратную сторону. — То, что мы обсуждали вчера вечером, — это не то, что мы когда-нибудь впредь будем снова обсуждать.

Джарвиса интересовало, какова будет ее реакция; теперь он это знал.

При каждом шаге энергия исходила от нее мощными волнами; Мэдлин сцепляла, крутила, конвульсивно сжимала пальцы, освобожденные от перчаток. При всем том, вместе с ее порывистыми шагами, невозможно было ошибиться в ее чувстве — она была взбешена.

— Почему? — спросил он спокойно.

— Давайте разберемся, как мы дошли до этого — какие события привели нас к тому, что произошло вчера вечером на террасе леди Портлевен?

— Я поцеловал вас, вы поцеловали меня, и нам обоим это понравилось.

— Конечно. — Она остановилась, как будто задумавшись, следует ли внести поправку в это признание, но потом сделала глубокий вдох и продолжила хождение, обращаясь к участку ковра у себя под ногами. — Но если оглянуться назад — поправьте меня, если я ошибаюсь, — все началось с того, что вы вбили себе в голову какую-то совершенно нелепую идею, будто вам нужно лучше узнать меня. А потом, когда я сообщила, что меня не интересует флирт с вами, вы решили, что убедить меня в обратном — это великолепная мысль. И, так или иначе, это привело к тому, что произошло вчера. — Она бросила Джарвису взгляд, который чуть не обжег его. — Это правда?

Он задумался — всего на одну секунду! — стоит ли сообщить ей о том, с чего все началось, о том, чего она не знала: о причине, по которой ему необходимо было лучше узнать ее.

— Такая последовательность событий, по существу, соответствует действительности.

— Совершенно верно. — Мэдлин была в ярости, но хорошо это скрыла, и выдали ее только руки. — Так что не существует абсолютно никакой благопристойной причины того, что произошло на террасе ее сиятельства, за исключением вашей прихоти.

Джарвис собрался было возразить, но она подняла палец, хотя в этот момент и не смотрела на него, и заставила его молчать.

— Нет, выслушайте до конца — это все, что от вас требуется. В подтверждение неуместности вашего каприза выступают следующие факты. Во-первых, я воспитатель Гарри, его опекун, и буду им еще шесть лет. Во-вторых, вы Краухерст, и поэтому нам с вами необходимо встречаться по различным деловым вопросам, по крайней мере каждую неделю. В-третьих, мы с вами главные землевладельцы в этой округе и, таким образом, фактически занимаем положение лидеров местного сообщества.

Она остановилась в конце дорожки, которую протоптала в его ковре, повернулась лицом к Джарвису и, прищурившись, задрала вверх подбородок.

— Я не имею абсолютно никакого желания рисковать чем-либо из перечисленного ради того, чтобы удовлетворять какие-либо ваши прихоти.