— Думаю, ты понял, — коротко отозвался Джарвис.

Они дошли до конца бастиона и, остановившись на верхней площадке лестницы, осматривали передний двор — поле помостов, палаток и навесов.

— Я был бы благодарен, — через некоторое время тихо заговорил Джарвис, — если бы ты и твои братья держали в строгой тайне то, что узнали о моих намерениях, пока я не добьюсь успеха и не изменю мнение вашей сестры.

— О, об этом не беспокойтесь, — улыбнулся ему Гарри. — Мы не собираемся подкладывать вам свинью.

Джарвис ответил ему искренней улыбкой, и они пошли вниз по лестнице.

— Женщины чертовски сложные, — вздохнул Гарри, оказавшись на мощеном дворе.

— Несомненно, — согласился Джарвис, стараясь не улыбнуться, — но не только.

Как Джарвис теперь понял, женщины были существами, без которых мужчины не могут обойтись.

Он продолжал повторять себе эту банальность весь следующий день, стремясь удержать на губах любезную улыбку, в то время как вокруг него сновали женщины в состоянии разной степени безумия, причем те, которые доводились ему близкими, находились на последней стадии.

Начало праздничного дня было ясным и солнечным; в семь часов утра, как и предсказывала Мэдлин, во двор уже входили торговцы, чтобы открыть свои киоски и палатки и выложить товары. К восьми часам, когда, быстро позавтракав, Джарвис вышел на верхнюю площадку лестницы замка, через главные ворота потоком валило множество местных жителей, желавших выставить продукты и изделия ручной работы или принять участие в различных соревнованиях.

Джарвис, расправив плечи и мобилизовав свою любезную улыбку, сошел вниз по лестнице и окунулся в толчею.

Неожиданный разговор с Гарри вместе с усилиями сестер, пришедших ему на помощь, убедил Джарвиса, что для большинства окружающих его намерения в отношении Мэдлин были прозрачными и будут становиться только все более очевидными. Он не скрывал от других своего интереса к ней, следовательно, не было причины не использовать окружающих — их отношений, их предположений, — чтобы продвинуться к своей цели.

Следовательно, он правильно приготовился к этому дню.

Когда Мэдлин вместе с Мюриэль и братьями прибыли в замок, было уже около девяти часов. Джарвис встретил ее у лестницы в дом, а Сибил вышла на крыльцо в сопровождении Белинды, Аннабелл и Джейн.

После обмена приветствиями Сибил неожиданно взяла на себя роль руководителя.

— Теперь, — провозгласила она, — я настаиваю, чтобы сегодня Джарвис находился среди посетителей, потому что он так долго отсутствовал и, конечно, никогда прежде не был хозяином праздника. Я останусь здесь и буду заниматься решением всех проблем — девочки выполнят любое поручение и, если понадобится, доставят любое сообщение.

— Я помогу, — улыбнулась Мэдлин.

Обычно роль наблюдателя принадлежала ей.

— Нет, это было бы нецелесообразно, — заявила Сибил. — Вы знаете всех лучше, чем кто бы то ни было… вы разумный человек, способный помочь Джарвису. Скоро прибудут другие члены комитета, которые будут помогать мне.

Мэдлин пришла в недоумение и посмотрела на девочек.

— Но девочкам, наверное, интересно осмотреть прилавки?

— О, мы уже везде побывали, — заверила ее Белинда. — И позже, когда разложат товары, будет время осмотреть все еще раз.

— Мы уже купили ярды кружев, — сообщила Аннабелл. — А перчаточник отложил для нас три пары перчаток.

— Понятно, — протянула Мэдлин, хотя ничего не понимала, и взглянула на Джарвиса.

— Вам пора идти, — сказала Мюриэль, — вам всем.