— Господи, ты что, дура, не от мира сего! Да сегодня же схватят наших девчонок и потребуют выкуп, ты что не врубаешься совсем!?

Тут, наконец, до Марго дошла вся серьезность того, о чем говорил ей Сережа.

— Как же, Сережа, ты квартиру бросишь, может твою маму попросить пожить у вас?

— Ты что, если они узнают, что это мои родители, они и их могут взять в заложники. Я купил им путевки в санаторий, они сегодня вечером уедут. Только бы побыстрее Маринка пришла в себя, я не могу больше ждать.

До Маринки, наконец, дошло, что она жива.

Значит Матрена, как всегда, пришла на помощь. Зачем она это сделала? Она даже не представляет, на какие страдания она меня обрекает. Я думала, что все позади, и на тебе. Придется объясняться с Сережей. Наверняка он все уже прочитал, что же он обо мне теперь думает? Господи, как же мне тяжело!

Кто-то подошел к ней. Она опять попыталась открыть глаза, но свет опять резанул ей по глазам.

— Тихо, Маринка, не открывай глаза. Тебе пока нельзя. Зачем ты это сделала?

— Сережа, ты прочитал все?

— Да, но я хочу спросить у тебя: ты что, сочиняешь книгу?

— Почему ты так решил?

— Ну то, что ты написала про Люцифера…

— Сережа, значит, ты не поверил мне?

— Ты только не волнуйся, мы еще вернемся к этому вопросу, это не имеет никакого значения. Я не собираюсь бросать тебя и девчонок. Не смотря ни на что, ты замечательная. Надо было мне все рассказать, я имею в виду, что ты вышла замуж не девочкой. Не надо было столько сочинять про Люцифера, ты мне расскажешь, кто был тем счастливчиком, кто был первым?

— Я не могу разубедить тебя, да и не хочу.

— Почему ты боишься, я же сказал тебе, я тебя не брошу.

— А как же Ира?

— Это вообще не серьезно. Это так, увлечение, все мужчины гуляют.

— Не все, Сережа, я больше не буду терпеть это.

— Я люблю тебя, и не хочу жить без тебя и без девчонок. Я думал о нас с тобой. Я, конечно, зашел слишком далеко, но, понимаешь, другие еще хуже, чем я. Поверь, в других семьях мужья гуляют еще больше, месяцами домой не ходят, я у тебя идеальный, я душой тебе не изменял.

— Сережа, я не хочу от тебя слышать слова твоего папы…

— Ребята, слушайте, вам надо в деревню к нам ехать, зачем вам заграница? Вам к Аллочке надо. Она поможет вам. Там в лесу вас никто не найдет. Ты же знаешь, Маринка, что никто не сможет найти дорогу к нашему домику.

— Да, Марго, это мысль, может не надо светиться в аэропортах.

— Сережа, где дети? — спросила тревожно Маринка.

— Не беспокойся, они у Марго дома, они ничего не знают.

У Матрены зазвонил телефон:

— Сереж, это твоя мама.

Сережа взял трубку, и в ту же секунду по его лицу разлилась мертвенная бледность. Голос его задрожал:

— Да, как убили? Когда?… Он едет ко мне?… Хорошо, я понял.

Он опустил трубку, закрыл лицо руками и отвернулся:

— Беда не приходит одна: Мишку только что убили. Погиб его сын, Светка с дочкой в реанимации. Он с сыном в машине сидел, Светку с дочкой ждали, они забыли что-то в квартире. Когда девчонки подходили к машине, Мишка завел ее, и машина взорвалась. Это все видел Фима, он документы у Мишки забрал, уже уходил, тут все и произошло. Фимка отделался легким испугом.

— Маринка, ты полежи пока, мы с Марго все сделаем и скоро приедем за тобой. Дома мы больше показываться не будем. Я как чувствовал: все документы на квартиру и участок у меня с собой.