— Многовато, да?

— Очень много.

— Хватит, чтобы убить?

— Более чем. Если бы интересующий вас человек стал вдыхать воздух прямо из выхлопной трубы автомобиля, он не смог бы отравиться сильнее. Но воздух в голубом баллоне, однако, отличается по составу: хотя и там много окиси углерода, там его лишь около семисот частей на миллион, меньше трети того, что в остальных двух баллонах.

— Недостаточно для смертельного исхода?

— Тоже хватит, если дышать из него достаточно долго.

— Сколько именно?

— Трудно сказать: это будет зависеть от физического состояния вдыхающего, глубины дыхания, некоторых других факторов.

— И как это скажется на вдыхающем?

— Среди симптомов будут слабость и тошнота, затем потеря сознания, наконец, смерть.

— Сколько времени потребуется, чтобы содержимое красного и желтого баллонов привело к смерти?

— Опять же многое будет зависеть от состояния вдыхающего.

— Ну, скажем, если говорить о человеке, у которого пять шунтов на сердце и прооперированная простата, но в остальном в прекрасной физической форме. Просто отличной для человека его возраста. Он плавал, регулярно играл в теннис.

— Я не знаю, какое значение могли иметь перенесенные им операции, но даже в отличной форме человеку, дышащему из красного или желтого баллона, далеко не уйти.

— Что вы имеете в виду — далеко не уйти?

— Несколько минут самое большее — считанные минуты, и конец.

Томми поблагодарил женщину и вышел из лаборатории. Он сел в машину, взял трубку сотового телефона, и через пару минут его соединили с командиром катера береговой охраны.

— Лейтенант, это детектив Скалли.

— Чем могу быть полезен?

— Расскажите мне, где ваши люди подобрали эти три акваланга; если возможно, с указанием цвета баллона.

— Акваланг с красным баллоном лежал на палубе затонувшего судна; с голубым баллоном — примерно в двадцати футах от него, по направлению к яхте; желтый баллон был практически прямо под яхтой.

— Спасибо, лейтенант.

— Рад был помочь.

Дэрил впервые открыл рот:

— Значит, Чэндлер дышал из голубого баллона?

— Так это выглядит, — сказал Томми. — Давай спросим у него самого.

— Привет, Чак, — крикнул Томми, вылезая из машины.

Он перешел улицу, направляясь туда, где его ожидал тренер, все еще одетый в белый теннисный костюм.

— Привет, Томми. Что происходит на свете?

— Какая у тебя прекрасная машина, Чак, много лет не видел такой.

— Спасибо. Я вложил в нее уйму труда.

— Ты сам отреставрировал ее?

— Все до винтика. Я снимал яхту, почти заброшенную, около Палм-Спрингс, когда жил там, и я отремонтировал и яхту, и машину, потратив на это почти два года.

— "Срыв" — это твоя яхта?

— Совершенно верно.

— Мы с Дэрилом позавчера как раз восхищались ей.

— Мне пришлось здорово повозиться, но двое парней помогли мне с яхтой. Вот так я обзавелся плавучим домом и машиной.

— А можно нам поглядеть на «Срыв»? Мне все равно нужно еще кое о чем тебя порасспросить.

— Конечно, заходите.