Чак покачал головой:

— Спасибо, но думаю, что на сегодня с меня хватит.

Виктор встал:

— Ну тогда я отчаливаю. Помни, я помогу тебе всем, чем смогу. Просто скажи словечко.

— Еще раз спасибо, Виктор. Увидимся.

Махнув рукой, Виктор спрыгнул на берег и поплелся прочь вдоль по набережной, туда, где гремела музыка.

Чак глядел ему вслед и чувствовал себя немного лучше. Приятно знать, что во всей этой передряге у него есть по крайней мере один друг. Он допил оставшееся пиво и пошел вниз поискать, что он может разогреть на ужин.

— Жаль, что меня не было здесь, чтобы встретить тебя, когда ты вернулся из Лос-Анджелеса, — сказал шеф. — Удачно съездил?

— Это было интересно, — сказал Томми.

— Интересно? — изумился шеф, и его лицо начало краснеть. — Ты только что побывал в увеселительной поездке в Голливуд на казенный счет, оплаченной нашим департаментом, и это было всего лишь интересно? Тебе следовало бы получше воспользоваться этим случаем, парень.

— О, я узнал очень многое, шеф.

— Отлично. Расскажи мне.

Томми подробно рассказал своему начальнику о поездке в Лос-Анджелес, опустив лишь то, как он проник в офис Кармана.

Шеф моргнул.

— Ну и что? Какое это все имеет отношение к убийству Гарри Карраса?

— Есть очень неплохие шансы в пользу того, что Каррас был Маринелло, или Марин, как он предпочитал себя называть.

— Великолепно. И как это разрешает загадку его убийства?

— Это, строго говоря, не разрешает ее, но это определенно расширяет круг подозреваемых, позволяя включить в него лос-анджелесскую ветвь мафии, чьи деньги он украл.

— Если Каррас был Марин-как-его-там.

— Да, сэр.

— И чем это нам поможет?

— Ну, если мы сможем установить, что Каррас был Маринелло, то главными подозреваемыми становятся парни из мафии, а не Чак Чэндлер или Клэр Каррас, а это значит, что нам просто не удастся раскрыть это преступление. Эти ребята обычно не оставляют много следов.

Шеф начал часто моргать.

— Ты что, хочешь сбить меня с толку, Скалли?

— Нет, сэр, я просто выкладываю вам свои соображения.

— Что ты мне выкладываешь? Как я ни стараюсь, я не могу соорудить из этого ясную теорию, кто же преступник.

— Я понимаю, шеф, и это моя главная цель — внести некоторую ясность в это запутанное дело. Поверьте, я посвящаю этому все свое время.

— Я правильно понял: ты почувствовал облегчение, когда узнал, что к этому убийству могла быть причастна мафия?

— Лишь в том отношении, что, если это правда, то это оправдывает двух местных граждан — мистера Чэндлера и миссис Каррас.

— Оправдывает? — взвинтился шеф. — Мы тут не для того сидим, чтобы кого-то оправдывать. От нас ожидают, чтобы мы кого-нибудь арестовали.

— Я понимаю, шеф.

— Хотел бы и я понимать, Томми. Теперь давай-ка выложи мне свое личное предположение насчет того, кто совершил это убийство.

— Мое личное предположение?

— У тебя что, его нет?

— Предположение у меня есть, сэр, но я пока не могу его подкрепить доказательствами.

— Забудь на минутку про доказательства. Просто расскажи мне, что ты об этом думаешь?

— Хорошо, сэр. — Томми поудобнее устроился в кресле.