«Скоро сюда спустится Ферн, чтобы проверить, жив ли я, — подумал Ирвинг, потирая отяжелевшую голову. — Неужели я действительно заснул? Я ведь всего лишь час назад опустил голову на стол, чтобы дать немного отдохнуть глазам». Перед тем как уснуть, он успел провести завершающий эксперимент из планировавшейся серии: намазал колготки жирным слоем до смешного дорогого крема, который только вчера дочь заставила его купить.

 «Господи, — подумал Ирвинг. — Как тут у меня отвратительно пахнет». Он подошел к кастрюле, стоявшей на электроплитке, которая вообще-то была предназначена для приготовления деликатесных блюд из мяса и овощей, а вовсе не для поджаривания колготок, и приподнял крышку. Пожалуйте отведать суп из колготок! От такой шуточки Рут просто на стенку полезла бы.

 Быстрое обследование предмета тестирования выявило, что колготки остались такими же, какими и были: новехонькими и целехонькими.

 Ирвинг вздохнул. «Вот и все, ребята, — подытожил он. — Я сделал, что только мог придумать, чтобы испортить эту ткань тем или иным способом. Но это оказалось просто невозможным».

 С чувством, близким к отвращению, он бросил колготки обратно в кастрюльку, выключил плитку и стал подниматься вверх по лестнице. При этом он старался не обращать внимания на звучавший в его голове вредный голосок, раз за разом подсказывавший ему, что надо все-таки обернуться и посмотреть на колготки еще разок. Ирвингу хотелось принять душ и переодеться, прежде чем отправляться к Рут — к Рутти-Вутти. Ему еще предстояло объявить ей пренеприятные известия.

 «Слава Богу, что она просто не сможет взвалить вину за все это на меня», — думал Ирвинг. Какой же он испытал шок, когда однажды спустился в свою лабораторию во время празднования Рождества в помещениях штаб-квартиры компании и стал свидетелем того, как Рут занималась, так сказать, «экспериментированием» с дворником, который постоянно называл ее Рутти-Вутти. В тот знаменательный вечер Рутти подняла глаза именно в тот момент, когда он щелкнул эту сцену «полароидом».

 

* * *

 В эту ночь Барни Фриз спал просто отвратительно. Он так и не смог пережить открытие, которое преподнес ему автоответчик Денни. Ужасно было, конечно, обнаружить, что у этой парочки роман. Однако хуже всего было то, что они еще и кое-что замышляли. Что именно они могли замышлять? Что-то подсказывало Барни, что ему не надо было приносить эти самые колготки в компанию «Калла-Лили», потому что теперь жизни Ричи грозила серьезная опасность. И частично виноват в этом, возможно, был именно он, Барни.

 Он долго шагал взад-вперед по своему маленькому бунгало. Лучший выход из положения, как ему казалось, — сейчас же отправиться к Денни и поговорить с ним. Да, именно так. Денни, правда, так и не перезвонил Барни в ответ на его просьбу, но, может быть, он просто поздно вернулся домой. Вопрос, однако, заключался в том, откуда именно он вчера вернулся? А автоответчик мог и не быть запрограммирован на обязательное воспроизведение всех сообщений. Это было бы очень похоже на Денни.

 Барни схватил ключи от машины и торопливо вышел во двор. У него заняло ровно восемь минут путешествие до района, где жил Денни. Он подъехал к дому племянника и выключил двигатель. Было еще довольно рано, но дольше ждать он уже не мог. Барни подбежал к дверям и позвонил.

 Несколько минут спустя заспанный Денни открыл входную дверь.