Маркус подвел шлюпку к борту судна и заглушил мотор. Он стоял у руля, глядя на полосы солнечного света, лившегося сквозь дыры в переборке.

— Что за таран способен пробить корпус насквозь и под таким углом?

— Он должен был низко сидеть в воде, чтобы проделать такую дыру. — Дом привязал «Марлин» к трапу покинутого судна и протянул руку к поручню. — Я бы предположил, что корабль напоролся на риф или скальный выступ, а потом приливом его сняло с мели и принесло сюда.

— Ты забыл о дереве, — напомнил Маркус.

— Послушай, я и сказал, что это предположение.

— И кровь.

— Ладно, все понял.

На борту было написано название судна: «Верный Эдди». Если там и значился порт, к которому оно приписано, то надпись давно стерлась от времени или была уничтожена. Дом забрался на палубу и приготовил бензопилу. Ночью моряки никого не обнаружили на борту, но это совершенно ничего не означало, потому что они просто осмотрели главные отсеки при свете фонариков. Дом понятия не имел о том, что здесь произошло, поэтому предполагал самое худшее.

Но он не боялся. Даже не нервничал. Это показалось ему странным: любой разумный человек, оказавшись в подобной ситуации, хоть немного испытывал бы страх, но Дом не чувствовал ничего. Для него абсолютно не имело значения, что ждет его внутри, — главным было то, что удар примет на себя он, а не Маркус.

«Так вот до чего я дошел! Мне всегда нужна была цель в жизни. Раньше это была семья. Потом — поиски Марии. А сейчас — сохранить жизнь Маркусу».

Дом решил, что это к лучшему. Он уже забыл свои отчаянные размышления о бессмысленности существования.

— Моторная шхуна, — заметил Маркус. — Когда-то она стоила кучу денег.

Должно быть, в лучшие дни это было прекрасное судно; оно было стилизовано под старину и походило на яхту. Но сейчас судно превратилось в жалкую скорлупку, даже и без этой дыры в корпусе. Переборки рулевой рубки прогнили, стекла давно были выбиты.

На палубе был установлен пулемет. Дом подумал, что на дорогой шхуне это необходимая вещь. Пулемет был в хорошем состоянии. Приоритеты владельца яхты были ясны.

— Начинай с бака и иди на ют, — сказал Дом. Он направил дуло автомата в дыру на палубе и заглянул туда. Дыра походила на глубокий колодец, прорезавший почти весь корпус, щепки торчали. «Верного Эдди» протаранили снизу, из воды. И то, что нанесло этот мощный удар, срезало кусок ящика, где хранилась якорная цепь. — Начнем с верхней палубы, потом спустимся в трюм.

— Есть, капитан, — пробормотал Маркус.

— На такой яхте можно жить.

— Или умереть. — Маркус осмотрел дыру, затем спустил туда ноги и спрыгнул на нижнюю палубу. — Ага. Вот дерьмо! Кровь.

— Что, в самом деле дерьмо?

— Нет. Но кровь есть.

Дом спрыгнул вслед за ним. Дыра в корпусе была такого же размера, как и отверстие в палубе, и «таран», пробивший судно, был направлен под углом примерно сорок градусов. Если бы удар пришелся на метр ниже, судно потонуло бы. Солнце освещало нижнюю палубу и залитую кровью переборку.

— А вот и эта загадочная штука, — произнес Маркус, ткнув концом бензопилы в какой-то предмет. — Задачка для Бэрда.

В поперечной переборке действительно застрял некий объект, напоминавший огромный стебель растения.

«Дерево» торчало в дверном проеме рядом с дырой в переборке. Дом еще никогда такого не видел.