— Благодарю Вас, Сестра Уинетт. Пожалуйста, простите мою грубость.

Уинетт наблюдала, как Бедир уводит его, и в ее глазах стояли слезы.

Чувствуя его состояние, Бедир не стал задавать вопросов. Вместо этого он принялся пересказывать разговор с Тепшеном. Армию пора было готовить к переговорам. Браннок уже покинул крепость, чтобы передать послание вождям варваров.

— В твоих соображениях явно есть здравый смысл, — проговорил правитель Тамура. В это время отец и сын пересекали двор. Бедир старательно приноравливался к походке Кедрина, не столь уверенной, как его собственная. — Похоже, ты всех удивил.

— Меня вели, — пробормотал Кедрин.

— Вели? Кто?

— Не могу сказать точно, но… — Кедрин вспомнил разговор с Сестрой. — Эти слова как будто сами ко мне пришли.

Бедир задумчиво нахмурился:

— Твоя мать больше понимает в таких вещах… А Уинетт никак это не объяснила?

— Конечно, — ответил Кедрин. — Она полагает, что во мне живет какая-то часть разума Грании. И очень смутилась, когда я спросил, почему она не чувствует того же самого.

— Она Сестра, — Бедир угадал боль, которая стояла за этими словами. — Ты знаешь, как их называют в Сандуркане?

Кедрин споткнулся о выступающий камень, выругался и вцепился в руку отца, чтобы не потерять равновесие.

— Неприкасаемые, — ответил Бедир. — У сандурканцев свои боги, но они уважают дело, которому посвятили себя Сестры, поэтому не покушаются на них.

— Ты хочешь дать мне урок? — лицо принца скривилось в горькой усмешке.

— А ты хочешь его получить?

— Я хочу вернуть зрение! — гнев, который Кедрин не сумел сдержать, наконец прорвался наружу.

— Тогда придется набраться терпения. Осторожно, ступенька.

— Было одно мгновение, — проговорил Кедрин, когда отец и сын вошли в коридор, ведущий в главную залу, — когда мне показалось, что я снова вижу. Уинетт накапала мне что-то в глаза и массировала мне виски… и мне показалось, что я увидел окно в ее комнате. Но это длилось недолго. Думаю, мне просто показалось.

— Уинетт тоже так думает?

— Она не уверена. Она думает, что ее усилия, наконец, дали результат. Но как она может знать, что я видел… или вообразил, что вижу?

— Возможно, лечение и впрямь помогает. Не теряй надежды.

Кедрин фыркнул:

— Все так говорят.

— И не огорчайся, — ласково сказал Бедир. — Даже если у Сестры Уинетт ничего не выйдет… Когда все вопросы будут решены, мы отправимся в Эстреван. Однако ты и так не теряешь даром времени. Ты становишься неплохим дипломатом.

— Я мечтал стать воином, — отрезал Кедрин. Им снова пришлось остановиться, пока стражник открывал дверь. Услышав приветствие, юноша ответил коротким кивком.

— Ты уже побывал в бою и показал себя достойно, — возразил Бедир. — Когда-нибудь ты станешь правителем Тамура, так что опыт переговоров тебе не помешает.

— Правитель, лишенный зрения? — скептически отозвался Кедрин. — И каким образом слепой может править Тамуром?

— При помощи справедливости и мудрости. Ты не обделен ни тем, ни другим. Сегодня ты это показал.

— Я бы предпочел быть зрячим воином, чем слепым правителем.

— Побудь пока умным вождем, — мягко парировал Бедир. — Сейчас мы войдем в зал, и Хаттим не упустит возможности тебя поддеть.