|
А у подножия горы каждый будет действовать самостоятельно и найдет себе убежище с хорошим обзором логова чудовища. К пещере я полечу один. Вы же будете охранять тыл до тех пор, пока я не извлеку оттуда Копье и торквесы. Перенести добычу мне труда не составит, так как я могу удерживать в воздухе более четырехсот тонн. А вот когда я буду лететь назад, тут вам придется попотеть и помолиться, так как мои основные силы будут направлены на подъем и я не смогу в случае чего влить свой удар в наступательную мощь метаконцерта. Но если все обойдется и я благополучно спущусь к вам, тогда мы, что называется, отпустим вожжи и поскачем к реке. Плыть по течению будет уже легче. На обратном пути наши работящие техники под руководством Пита. Карвальо и Югота Макджилликадди наладят Копье. Если я в это время не буду биться за наши жизни, то окажу им свое монаршее содействие. Давайте опять-таки помолимся, чтобы так и вышло.
Если мы починим священную пукалку, наше дело, считай, в шляпе. Аваддон тщательно взвесил потенциал совместного метаконцерта и сопоставил его с усилиями, приложенными Фелицией на Гибралтаре. На теперешний момент наши силы примерно равны, но если в дополнение к метаконцерту мы ударим из фотонной пушки, то могу вас уверить: от чудовища мокрого места не останется. Итак, вперед, друзья! Мы победим! Слово Сиятельного! Всем строго наказали хранить молчание, не позволять себе даже негромкого отклика. И тем не менее эфир задрожал от ликующих воплей. Не успели надувные баржи пуститься по водам Хениля на скорости более двадцати узлов, как три тысячи пятьсот пятьдесят воинов сплотили свои умы в трехдюймовом метаконцерте, призванном обеспечить как наступательную силу, так и оборону солиста – короля Эйкена-Луганна.
Трое специалистов из Северной Америки без промедления принялись сортировать умы и располагать их слоями один над другим. Оуэн Бланшар взял на себя координацию принудителей, возглавляемых Альбораном Пожирателем Умов, Артиганном Амализанским и Кандатейром Ронийским. Клу Ремилард руководила психокинетиками, коими командовали Чемпион Блейн, Нейл Сазаранский, Диармет Геронийский и Кугал Сотрясатель Земли (последнего привлекли только для проформы). Весь творческий отдел взял на себя Элаби Гатен; он сотрудничал непосредственно с Мерси, Алутейном Властелином Ремесел, Селадейром Афалийским, Ламновелом Мозговзрывателем и Туфаном. Рыцарям Высокого Стола поручили оттачивать вспомогательные звенья каждой цепи и связывать воедино не самые мощные умы, которые благодаря высокотехнологичным усилителям Аваддона должны были в целом оказаться сильнее, чем просто сумма составных частей. Как только метаконцерт набрал необходимое ускорение, на сцену выступил Марк Ремилард. Выровнял погрешности, подключил умы подчиненных ему мятежников с Окалы и их ропщущих, но усмиренных детей-беглецов, что расположились биваком на марокканском побережье в девятистах километрах от Муласена. К, этой комбинации Марк добавил свой гигантский творческий потенциал, подкрепленный вспомогательной мозговой энергетикой. Таким образом, наступательно-оборонительный комплекс был во всеоружии, причем наступательная мощь опиралась главным образом на творцов, оборонная же – на принудителей. Его собственные виртуозные действия не подвластны ни Эйкену, ни кому-либо из тану. Однако в том случае, если внимание главного наводчика вдруг отвлечет хитрый обходной маневр Фелиции, беспристрастный наблюдатель из Северной Америки мгновенно подает сигнал тревоги и скорректирует ситуацию. Последним был введен в строй ум Куллукета. Ему отводилась пассивная роль проводника психической энергии, которая могла поступать через этот живой аппарат только в одном направлении – наружу. Отследив его, Фелиция, возможно, попытается при помощи обратной связи заткнуть этот выход. Тогда одушевленная спайка между дирижером, солистом и оркестром лопнет, что будет означать мгновенную смерть Куллукета. (Такой конец был бы для него благом, но внутренний голос предательски нашептывал ему: не надейся, ты умрешь не раньше, чем сполна заплатишь по счету!) Проведя заключительную настройку, безликий гений по прозванию Аваддон представил Эйкену сотворенный им организм во всем великолепии. |
