|
На поляну выбежала толпа десятилетних мальчишек, сжимающих метательные копья. Они мгновенно застыли на месте, широко открыв глаза и рты. Черный Змей оттолкнул Анну. Она споткнулась, одна ее нога соскользнула с берега в воду. Индеец наклонился к ней. — У нас еще будет время. — Он говорил так тихо, что его слышала только она. — И твой ведьминский оки и эти дети тебя не защитят. Ничто тебя не защитит. А потом он выпрямился и пробежал мимо изумленных детей. В следующий миг Доне уже был рядом с Анной. — Я видел, как ты ушла из поселка, — пояснил он. — А потом заметил, что за тобой пошел Черный Змей. Он — нехороший человек, поэтому… Малыш взял ее за руку — и не выпустил, даже когда она с рыданиями опустилась на землю. Он только смущенно посмотрел на своих юных спутников, а девушка прижала к себе худенькое тело калеки и баюкала его, пока не выплакала все слезы. Тагай бросил еще немного сухой травы в маленькую миску из твердой древесины, а потом осторожно подул, глядя, как вспыхивает алое и желтое пламя. Он бережно подложил в огонь несколько прутиков, а когда занялись и они, кивнул Отетиану и отошел на шаг. Сидящий на корточках Отетиан держал специальное устройство — короткий лук, который был установлен горизонтально, с тетивой, обернутой вокруг верхней трети вертикального колышка. Острие колышка было погружено в ямку, выдолбленную в куске плоской коры. Чуть выше острия колышек был вставлен в кусок более плотного дерева. Энергично двигая луком вверх-вниз, Отетиан вращал утяжеленный колышек в ямке. Искры при этом летели на пучки травы. Когда те загорались, их быстро перекладывали в деревянные чаши с растопкой. Тагай отошел на отведенное ему место, оберегая порученный ему огонек и изумляясь изобретательности своего народа. В мире, откуда он приехал, пламя поддерживали постоянно, тщательно храня его изо дня в день. Здесь же огонь просто создавали всякий раз, когда в нем появлялась необходимость. Тагай осторожно уселся, привалившись спиной к стволу сосны, вытянув ноги и прижимая чашку к груди. Он раздувал огонек и питал его так, как его научили. Все его тело болело и ныло. Вчерашнее состязание в беге, а потом целая ночь энергичной гребли разожгли в его конечностях настоящее пламя — не хуже того, которое Отетиан добыл из дерева с помощью своего лука. Отетиан, который за веслом казался неутомимым, сообщил Тагаю, что им повезло: обычно такая охота требует гораздо больше усилий. В ней, как правило, участвует несколько сотен воинов. Первые десять дней тратятся на то, чтобы возвести по обоим концам долины барьеры из срезанных ветвей. Эти преграды начинались в полумиле друг от друга и постепенно сближались, создавая специальное узкое место, куда загонялась и где убивалась дичь. После забоя оленей свежевали и разделывали, а потом мясо и шкуры сушили у костров и складывали в берестяные бочонки, чтобы везти в деревню. Но на этот раз так не будет, потому что у них отряд маленький — всего шестнадцать охотников. Нет времени строить изгороди, так что они принесли старые с места прежней охоты, залатав прорехи и заменив подгнившие прутья. Земля сама создала для них удобную площадку: там, где долина сужалась, склоны оказались довольно крутыми. Так что они перегородили ее всего несколькими изгородями. Черный Змей с половиной отряда ждал там. Отетиан с остальными должен был поджечь сухой кустарник. Пугая оленей криками и пожаром, охотники погонят животных прямо на засаду. И для пира они привезут только свежее мясо. И, как сказал Отетиан Тагаю, им повезло еще в одном. Хотя традиционно этот остров считался охотничьими землями тахонтенратов, но отряды ловцов все чаще и чаще натыкались здесь на врагов, нундаваоно — племя Большой Горы, которое носит на коже татуировку и отличается большой жестокостью. |
