– Секретарь?

– Тебе бы все шутить. Фиоген Саваттич у нас человек тихий, спокойный. В молодости слово божие неграм нес и в племена ходил с миссионерами, а то и в одиночку. По виду не скажешь, но рука тяжелая. Поэтому налетчику ногу сломал, пальцы на руке выбил и обезоружил. А второго идиота охрана со стены сняла, когда он пытался ночью в окно забраться. Кстати, с окном он тоже ошибся, там вещевой склад, решетку можно месяц пилить, а потом еще в закрытую снаружи дверь головой стучаться.

Увидев, что пострадавший чуть пришел в себя, налил в стакан водички и протянул Гурию. Сам же вернулся к беседе:

– Как бодро у вас зима прошла. Странно только, что Тортуга серьезно к вопросу не подошла.

– Пока у них вольница и раздрай, мы успеваем реагировать, – вздохнул брат Иоанн. – Хотя именно этой зимой одного крота в Кузнецке все же вскрыли. Кстати, так мой сменщик место и получил, проявил себя во время операции. А то, что пока разных остолопов отлавливаем, так это из разряда анекдотов. Но народ поднапрягся, вот на тебя Гурий стойку и сделал.

– Видел. Был бы на моем месте кто из пиратов, кабинет остался бы без хозяина… Кстати, о серьезных проблемах. Николаевск то нахлобучили вполне себе профессионально.

Показав мне на стопку папок, брат Иоанн поднялся:

– Вот об этом и будем беседовать. Бери, я вторую груду поволоку.

* * *

В большой комнате стояли вдоль стен шкафы с папками и монументальный длинный стол, поделенный напополам. Правую сторону занимала карта. На левой громоздились бумаги, раскрытые книги и огрызки карандашей. Похоже, сюда сваливали наиболее важную справочную информацию, которой пользовались во время работы.

– Сгружай вот туда, – скомандовал брат Иоанн, пристроив свою кипу на одну из свободных полок. Отряхнув руки, жестом пригласил в угол, где на крохотной конфорке посвистывал чайник.

– Зачем без присмотра оставили?

– В комнате всегда кто то есть.

– Да?

В ответ на мой вопрос из под стола долетело, словно из бочки:

– Здравствуйте…

Я успел налить себе горячего чаю, пока на белый свет выбрался черноволосый мужчина в серых просторных штанах и белоснежной рубахе навыпуск. Заметив мой удивленный взгляд, показал линейку, почти потерявшуюся в безразмерной ладони:

– Уронил как раз перед вами, еле достал.

Да, насчет того, что еле – это я полностью согласен. Великан был выше меня на голову, а в плечах я бы даже сравнивать не стал. И руки как у молотобойца, перевитые тугими канатами мышц. При этом двигался он на удивление легко и абсолютно бесшумно.

– Знакомься. Это Яков Никифоров, наш архивариус. Ногами почти каждый остров исходил. Знает и помнит всех важных и полезных людей в округе. Любую справку выдаст быстрее, чем что нибудь в бумагах найдешь. Я его на неделю с огромным трудом для себя выбил. Как только основные задачи хотя бы в черновую набросаем, так обратно придется вернуть.

Аккуратно пожав протянутую ладонь, пошутил:

– Интересно, насколько я важный человек. Про меня что то уже удалось в архивы записать?

Дождавшись, когда брат Иоанн организует себе чай, Яков вылил остатки заварки в безразмерную кружку и пробасил:

– Ну, пока не так много. Да и без разрешения бумаги с допуском где попало оглашать нельзя. Но из того, что помню… Богданов, приватир, хозяин двух шхун. Первую захватил во время рейда на негров, вторую отбил у пиратов. Начальник службы Христианской Разведки. Командует лично собранным отрядом, будем привлекать для зачистки Тортуги. Пока все.