Забрякали палочки, нанизанные на тонкие шнурки, ко мне вышел хозяин. Одутловатый дядька, с выражением вечной печали на лице. На бритой налысо голове турецкая феска, но лицом – славянин. Даже загара как такового нет, просто рожа красная. Может от жары, может просто обгорел на солнце.

– Чего хотели?

– Мне бы до Базарного добраться. Добрые люди говорят, что отработать за билет можно.

– Это лишь в сезон. Когда у нас лес начинают под заказ массово вывозить, тогда наемных матросов добираем. Сейчас только за деньги.

– Талеры возьмете?

Хозяин конторы поскреб обросшее светлой щетиной лицо и чуть поморщился:

– Двадцать. Но без груза, у меня места в трюме свободного нет.

– Так я лишь с мешком.

– Тогда нормально. Завтра с утра выходим. Если еще что нужно, это с боцманом договаривайся. У него знакомых на Базарном много. И лошадь подскажет, где сторговать. И все прочее.

Потеряв ко мне интерес, дядька собрался снова за занавеску, откуда слабо тянуло запахом свежеприготовленного кофе.

– А где боцмана то искать?

– На «Цапле».

Выбравшись обратно на улицу, поправил шляпу и побрел по пирсу, разглядывая посудину. Видно, что шхуна старая, но под заботливым приглядом. Где надо – подкрашено, канаты все просмоленные и не махрятся. Матросы явно следуют старому морскому закону: отдают честь всему, что движется по палубе, остальное надраивают до блеска. Кстати, вот и боцман, с высокого борта в мою сторону поглядывает.

Если бы не предупредили, что на это место брат Никанор устроился, сразу бы не признал. Все такой же широкий в плечах, обгоревший под солнцем до черноты. На лице лишь шрамов изрядно добавилось и на шее из под широкого цветастого платка проглядывает чуть заметная татуировка. Впечатление – будто свести пытались, да не совсем получилось.

А ведь отличная маскировка придумана. Кто заподозрит пирата висельника в работе на Особый отдел? Для хозяина каботажника такой персонаж – ценная находка. Наверняка и связи среди пиратов есть. И при случае может друзей приятелей позвать какую авантюру обстряпать. Интересно, чья это идея была? Сам брат Никанор придумал или Иоанн предложил?

Остановившись у трапа, спросил:

– Мне бы боцмана увидеть.

– Я боцман, – лениво процедил в ответ брат Никанор.

– Завтра с вами на Базарный пассажиром иду. Хозяин шхуны сказал, что ты можешь подсказать на месте, где обустроиться.

– Могу, отчего не подсказать.

– И за место когда платить?

– Утром и заплати. А то бывает – человек билет купил, потом в карты проигрался и прибегает деньги обратно требовать. Насчет Базарного, давай пива попьем, заодно и обговорим все в деталях… Щерба!

Я еле расслышал, как из глубин корабля кто то отозвался.

– На вахту встань, мне по делам отойти надо. Я как вернусь, кувшин пенного тебе проставлю, чтобы голову подлечил.

Спустившись по трапу, Никанор вздохнул:

– Всем хороши парни, в рейсе ни разу голос не повышаю. Но как отгул на берег получают, так до подштанников могут все пропить. Никаких тормозов нет.

* * *

Место мы выбрали рядом с конторой. Открытая всем ветрам забегаловка без стен, с грязными столами и песком вперемешку с мусором под ногами. Заняли угловой столик в тени, заказали пива. Похоже, брата Никанора здесь знали, поэтому притащили две пузатые кружки и тарелку жареной рыбы.

– Вечером здесь делать нечего, одна шваль. Но днем рыбаки перекусить заходят и команды с ближайших каботажников.