Рабочий день кончился раньше обычного. Мастер и помощник ушли. Морис поднялся в спальню, а Жюльен взял большую корзину с черствыми пирожными и поехал к матери госпожи Петьо.

Старуха жила в Рателотском предместье. Дом ее стоял в большом саду, обнесенном забором. Она ждала Жюльена у ворот, попыхивая деревянной трубкой.

— Ну! — крикнула она. — Ты явился не слишком рано.

— Я заканчивал работу.

— И действительно все кончил?

— Да, мадам.

— Ну что ж, тем лучше. Значит, сможешь наколоть мне немного дров.

Жюльен не знал, что ответить. Они вошли в кухню. Старуха велела ему поставить корзину на стол.

— Мне нужно скорее вернуться назад, — сказал он, — могут быть поручения.

Старуха нахмурила брови, постучала по трубке и спросила:

— А Морис где?

— Он там, но…

Она прервала его:

— Тогда нечего беспокоиться. Если что понадобится, он сделает. Идем со мной, я покажу, где лежат дрова, а, пока ты их переколешь, я освобожу корзину.

Она повела его к дровяному сараю, объясняя по дороге, что ей привозят пирожные, которые не могут сохраниться до среды. Она продает их за полцены соседям.

Жюльен трудился в сарае дотемна. Время от времени старуха приходила, смотрела на него и покуривала трубку, сплевывая на грядку.

Сперва мальчик работал с яростью, потом понемногу утих. Гнев его не прошел, но поскольку он любил колоть дрова, то работал без передышки, умело держа топор, производя точные и размеренные движения. Вечер был тихий, в саду уже чувствовалась осень. В соседних домах зажглись огни. В поле, за забором, должно быть, играли дети. Они громко кричали, и два раза Жюльен видел, как черный мяч взлетал вверх на фоне красного заката.

Наконец старуха позвала его. Он положил на место топор и вернулся в дом.

— Хочешь пить? — спросила она.

Жюльену было жарко. Но он ответил ей не без некоторого колебания:

— Да, пожалуйста.

Она налила в стакан немного сиропа, затем добавила воды.

— Это смородиновая наливка, — сказала она, — я сама ее готовлю.

Жюльен отпил.

— Вкусно? — спросила она.

— Да, мадам, — ответил он.

Наливка и впрямь оказалась вкусной. Жюльен выпил все до дна и взял корзину.

— Я видела, как ты работаешь, — сказала старуха. — Хорошо колешь дрова. Где научился?

— У родителей.

— Кто же у вас дома колет дрова?

— Отец.

— Кажется, он булочник, но сейчас отошел от дел?

— Да, мадам.

— Это он научил тебя колоть дрова? Прекрасно. Нынче мальчишки ничего не умеют делать. Чему еще он тебя научил?

Жюльен пожал плечами, подумал немного и сделал неопределенный жест:

— Так, разному. Немного мастерить, немного ухаживать за садом.

— Умеешь копать землю?

— Конечно.

— Что ты делаешь завтра?

— Еду к дяде.

Жюльен шагнул к двери.

— Ты там пробудешь весь день?

— Да, мадам.

— А тебе обязательно надо ехать?

— Конечно, они меня ждут.

— Но они, верно, ждут тебя не раньше полудня. Хочешь заработать несколько су? У меня две грядки салата, которые я хотела бы перекопать до начала зимы. Приходи завтра утром, между семью и одиннадцатью, успеешь все сделать.

— Не могу, мадам. Дядя ждет меня утром, мы вместе поедем ловить рыбу.