Толстяк долго сокрушенно молчал. Потом спокойно сказал:

— Ничего, Вахтанг, не минжуйся. Пока он выйдет из тюрьмы, все ее будет нашим, и власть будет в крае в наших руках. КрАЗ уже наш? Наш. Основные акции других предприятий у нас? У нас. Его группировка ослабла. Наша усилилась. Нику рано или поздно пипец придет. Помаленьку ставим наших людей везде. Скоро я буду губернатором. В руках у меня будут силовые структуры. Тогда вообще он в край не сунется. Тем более у нас солидная поддержка в лице господина Адамовича. Если что пойдем на поклон к нему.

* * *

Вечеринка победителей была в полном разгаре. Прозрачный холодный океан водки, игристое янтарное море шампанского, красно-белые озера вина, коричневые ручейки дорогого коньяка. Проститутки из двух агентств. На любой вкус. Худые, полноватые, блондинки, брюнетки. Даже одна негритянка. Царил полный разврат. Кавалеры менялись дамами, а дамы кавалерами. Работали как стахановцы. Ребята отрывались по полной программе, утоляя сексуальный голод.

…Хакас и Рудаков голые сидели на кухне и пили водку. Возникла незапланированная пауза между подходами к женским «снарядам». Опустошенные физическими нагрузками, атлеты набирались сил. А в зале раздавались сладострастные стоны и крики в ритмичном музыкальном сопровождении. Эротический хип-хоп, да и только!

Хакас закрыл дверь на кухню, придал серьезное выражение своему лицу.

— Я тебе не хотел тогда говорить, чтоб не отвлекать тебя от дела. Мне Северянин шепнул перед командировкой. Сестру твою завалил Камыш и Длинный. А приказал убить Шульц.

Художник мгновенно утратил веселость и протрезвел.

— Что?.. Шульц?.. Сука!!! Ну, кранты ему!!! Что ж ты, Серега, раньше не мог сказать об этом!

— Остынь, Леха! Мне перед отъездом малява от Северянина пришла. Он в ней поведал, кто убил твою сестру. Это Шульц, Камыш и Длинный. Камыша уже нет в живых. Северянин постарался. Но, а тех козлов мы грохнем по приезду домой. Не хотел тебя нервировать перед заданием, вдруг сорвешься с катушек и напорешь косяков. Кстати, Северянина сдала…его Нюрка. Теперь ее могилку вряд ли найдешь в лесу. Она превратилась в Венеру Милосскую. Кент и Амбразура постарались…

Зашел сияющий Рыжий.

— Пацаны, мечта моя исполнилась. Трахнул негру. Кайф обалденный. А темпераментная… Спасу нет. Прикольно, что ладошки и ступни у нее белые. А там розовое. Как у обезьянки. Говорит из Анголы, учится в универе Патриса Лумумбы, стипендии мало, вот и подрабатывает…

— Ладно, счастливый ты наш, иди к своей мулатке-шоколадке, у нас тут с Художником базар серьезный.

— Тоже нашли время, надо отрываться по полной программе.

— Иди, иди, Рыжий, не мешай…

— Ладно, исчезну. Только, вот, послушайте, типа, анекдота… Если девушка не только красивая, но и умная, то трахать ее не только приятно, но и интересно. Здорово?

— Давай проваливай, половой гигант…

Рудаков тупо уставился в пол. Сжал зубы. Хакас заметил, как по щеке Алексея скатилась слеза.

— Ладно, не переживай, братишка, все там будем. Давай помянем твою сестру…

* * *

На следующий день, после грандиозной попойки, никоновцы с трудом пришли в себя, кто-то похмелялся пивом, кто водкой.

К обеду приехал Ферзь со своими пацанами, привез дипломат с «гринами»  и уехал. Это и был окончательный расчет Тимофея с исполнителями. Хакас позвонил Нику и, выслушав внимательно босса, согласно кивнул.

— Налетай, братва, зарплата подоспела! — весело крикнул бригадир и торжественно вручил каждому бойцу энную сумму зелеными бумажками.

…Хакас и Художник отправились на поиски джипа для босса.