— Хорошо, я отправлюсь в прошлое, — сказал я, — но как мне найти кольцо? Ты должен помочь мне.

— Я знаю, где находится кольцо, — ответил старый я, — но если ты будешь охотиться за кольцом, то кольцо будет ускользать от тебя. Пусть кольцо охотится за тобой, а ты уже сам решишь, когда тебе следует быть в распоряжении кольца. Не делай резких движений, чтобы не вспугнуть кольцо.

Глава 6

Я проснулся от звука зуммера.

— Вставай, засоня, — тормошил меня Василич, — на новом месте приснись жених невесте. Кого видел там? Ничего, мы тебе найдем девушку красивую, добрую и беременную. Умывайся, позавтракаем и подойдем на работу.

На завтрак было то же, что и на ужин. Мне эта еда из будущего уже начала приедаться.

Мы вышли на пустынный коридор. Сказать "в коридор" тоже неправильно, потому что это улица. Вот и получилось "на коридор". Назвать это улицей язык не поворачивается, потому что над нами неизвестно какое количество уровней. Как в банке консервной. Воздух был достаточно свежий и слегка двигался, проветривая помещения.

— Василич, а мы на каком этаже, — спросил я.

— Высоко, где-то на двухсотом уровне, — ответил Василич.

— Вверху? — изумился я.

— Внизу, — таким же будничным голосом отозвался мой спутник.

— А где люди, где все, ведь не двое же нас? — не отставал я от него.

— Конечно не двое, не торопись все узнавать, потом тебе станет скучно, если ты обо всем узнаешь в первый же день, — терпеливо разъяснял мне Василич. — Под каждым жилым уровнем есть технический уровень, который обеспечивает функционирование населенных уровней. Им нужно подавать воздух, воду холодную и горячую, собирать отходы от их повседневной деятельности и переправлять их на переработку. Без нас они загадят себя через пару дней. Уже давно сделаны приспособления для очистки канализационных труб, но это устройство само в трубы не залазит, не собирает и не разбирает коллекторы. Без нас, технических работников, остановится вся жизнь, а нас почему-то считают самой низшей кастой. Пусть те, кто носит смокинги и бриллианты, сами копаются в дерьме, чистят свои мохеровые унитазы, залезая рукой в "шею лебедя", чтобы вытащить оттуда женские прокладки или еще какую-то гадость, для которых устанавливаются мусоросборники. Как представишь холеную морду, которая пыжится от запора на золотом унитазе, так и хочется врезать ей за то, что у нас никогда не бывает запоров и что мы вынуждены подтирать его задницу.

Василич набирал обороты, и я понимал, почему возможны революции даже в том обществе, которое стало намного богаче того, которое было в 1917 году. Только при действительном равенстве людей и отсутствии огромной пропасти между доходами бедных и богатых, возможно избежать любых революций. Если и случится какой-то бунт, а он может случиться, потому что люди не такое безропотное стадо как постсоветское общество, то этот бунт будет бессмысленный и беспощадный и от жадности власть и деньгопредержащих произойдут такие беды, о которых они даже не догадываются. Древние всегда говорили, что нужно делиться с неимущими, и жили без бунтов и революций, пока людей не обуял ген жадности. Он даже просил дать ему таблеток от жадности как можно больше, чтобы другим не досталось. Прошло почти пятьдесят лет, а не изменилось совершенно ничего. Разве что народ стал раздраженнее и менее послушный, чем в мое время.

Каждый властитель слышал о "Капитале", который написал основоположник марксизма Карл Маркс. Но ведь Маркс в этом труде не призывал к революции, а давал советы, как избежать революционных ситуаций и революций. Но все читали в "Капитале" только то, что соответствовало их личным интересам, и никто не брал в расчет идеи Маркса и его друга Энгельса, кстати, капиталиста.