Оставалось воспользоваться уловкой, которая уже спасала ее раньше: переодевшись, незаметно выскользнуть из дому, когда солнце зайдет. Бесс обещала добыть ей еды и мужскую одежду. С этими небогатыми припасами она надеялась сбежать из дому и пробраться на север.

Стараясь держаться незаметно, Энн пробежала по двору, уже исполосованному удлиняющимися вечерними тенями. Войдя в парадную дверь, она быстро огляделась и бросилась бегом по длинному коридору к боковой лестнице в надежде добраться до своей комнаты, не попавшись на глаза отцу или кому-нибудь из его людей. Она была уже почти у цели, когда удача ей изменила: из затемненной дверной ниши выступил Эдмунд Блейк и преградил ей дорогу. Испуганно вскрикнув, Энн отскочила назад, готовая бежать, если он попытается ее схватить.

Блейк оглянулся через плечо, затем внимательно посмотрел на нее.

– Лорд Кэмпбелл и ваш отец посылали за вами, – сказал он, понизив голос. – Весь последний час они выпивают, так что не советую вам возвращаться в свою комнату.

Энн растерянно заморгала, не веря своим ушам, а Блейк невозмутимо продолжал:

– Я велел вашей горничной подождать вас в южной башне. Она должна принести туда горячий ужин. Вторая комната слева от лестницы. Советую вам поспешить.

Блейк взял ее под руку и торопливо повел к служебной лестнице. Его рука оказалась гораздо более сильной, чем можно было подумать, судя по виду. Энн вдруг сообразила, что он никогда раньше к ней не прикасался. Она смотрела на него в немом изумлении, все еще не понимая, почему он вдруг решил за нее вступиться. На какой-то миг ей показалось, что в его холодных, почти бесцветных глазах промелькнула искорка сочувствия… Энн отвернулась и поспешила вверх по узким крутым ступеням. «Хорошенькое дельце! – подумала она, криво усмехаясь. – Уж если Эдмунд Блейк меня жалеет, значит, дальше ехать некуда».

Бесс ждала ее в страшной тревоге. На столе, как и говорил Блейк, уже стоял поднос с едой и вином.

– О, сударыня, я чуть с ума не сошла! – воскликнула Бесс, вскакивая на ноги при виде своей хозяйки. – Эдмунд Блейк что-то замышляет, но мне ничего не оставалось, как его послушаться.

– Ладно, Бесс, ничего страшного, – устало вздохнула Энн, опускаясь на край кровати в пыльной неубранной комнате, где стоял затхлый запах нежилого помещения. – Я тоже ничего не понимаю, но сейчас некогда выяснять, что он задумал.

– Я стащила с бельевой веревки штаны и рубашку одного из конюхов, – сказала Бесс, доставая из-под кровати тюк с одеждой. – Вот плащ, который вы велели мне захватить, а в подкладку я зашила монеты и ожерелье – все, как вы приказали.

– Ты все правильно сделала. – Энн заставила себя улыбнуться. – Сапоги сумела найти мне по мерке?

– Стянула вот эти из сапожной мастерской, но уж тут мне не повезло, – виновато призналась Бесс, протягивая Энн пару маленьких изношенных сапожек. – В подошве дырка – наверное, их еще не успели починить.

Энн от души обняла девушку.

– У тебя все вышло отлично, Бесс, – сказала она. – Мне очень жаль, что я толкнула тебя на воровство…

Бесс всхлипнула и подняла глаза, блестящие от непролитых слез.

– Не стоит ни о чем жалеть. Вы же знаете, я на все готова, чтобы вам помочь! – Она отвернулась и взяла лежавшую на постели шерстяную вязаную шапочку. – Я еще вот это захватила: мы спрячем под нее ваши чудные волосы.

Энн кивнула, села на голый матрац и подвинула к себе поднос с едой, прекрасно понимая, что ей надо спешить, если она хочет успеть затеряться среди прислуги, уходящей в деревню.