Маклин, Дональд и Энн прошли по коридору мимо двери, ведущей в большой парадный зал, поднялись по широкой каменной лестнице. Энн молча следовала за Дональдом по истоптанным ступеням, опираясь одной рукой о резные перила с замысловатыми завитушками, и прямо у себя за спиной слышала шаги идущего по пятам Маклина. Теперь она точно знала, что ощущает затравленный заяц, когда свора гончих щелкает зубами у него над ухом…

Они вошли в уютно обставленную комнату, где чья-то заботливая рука уже успела разжечь огонь в камине, сложенном из крупного камня. Веселые язычки пламени плясали среди поленьев, прогоняя последние остатки утренней сырости. Энн успела на ходу заметить медовый цвет мягких турецких ковров и роскошные гобелены на стенах, но затем все ее внимание приковалось к человеку, сидевшему в непринужденной позе в кресле у огня.

Маклин остановился посреди комнаты, его лицо расплылось в широкой улыбке.

– Иэн! Ах ты, старый пес! Какого черта ты вторгся в мой дом в отсутствие хозяина?

Не скрывая своей радости, он протянул руку в знак приветствия. Сидевший в кресле поднялся и дружески крепко пожал руку Маклину.

Незнакомец оказался красивым мужчиной лет сорока. Обветренное и загорелое лицо его наводило на мысль о том, что большую часть времени он проводит на открытом воздухе. Крошечные веселые морщинки врезались в кожу по углам крупного волевого рта, в голубых глазах мелькали искорки смеха.

– Поскольку твоего возвращения ожидали еще вчера вечером, это я должен чувствовать себя обиженным: брожу один по этим проклятым казармам, а хозяина все нет! – пожаловался он. – У тебя возникли затруднения в походе?

– Мне пришлось нелегко, пока я убеждал нашу гостью, что в замке Кеймри ее ждут с распростертыми объятиями, – беспечно объяснил Маклин. – Похоже, она уверена в обратном.

Оба собеседника повернулись к Энн. Тот, кого назвали Иэном, медленно обошел ее кругом, как будто осматривал лошадь на ярмарке. Она ощутила слишком хорошо знакомый страх, от которого сводило судорогой мышцы живота, но заставила себя высоко держать голову, устремив холодный взгляд на огонь в камине.

Закончив осмотр, незнакомец явно остался доволен увиденным.

– По виду не скажешь, что она может доставить много хлопот такому крепкому парню, как ты, – заметил он. – Должно быть, ты теряешь хватку, Фрэнсис.

Маклин усмехнулся.

– Был у меня случай по дороге, когда я хотел свернуть ей шею, – признался он. – Но если горец, столкнувшись со строптивой девицей, не может придумать для себя более интересного занятия, чем душить ее, значит, ему пора на покой: пусть сидит у огня вместе со старухами и греет кости. – И он бросил многозначительный взгляд на Энн.

Она торопливо отвернулась, не зная, куда деваться от смущения, но изо всех сил стараясь сохранить самообладание. Впрочем, сделать это было довольно трудно: ей слишком живо представились удивительные минуты, пережитые вместе с ним на лугу.

Незнакомец тихонько засмеялся:

– Стало быть, я прибыл как раз вовремя, чтобы взять тебя под свою защиту, милая. Кстати, позволь мне представиться, Энн. Меня зовут Иэн Макдоннелл. Твоя мать Мэри была моей сестрой.

4

Энн смотрела на незнакомца в немом изумлении. Его неожиданное признание лишило ее дара речи. Она молча изучала его худощавую фигуру от подернутых сединой рыжеватых волос до кожаных сапог со следами шпор.