– Ты права. – Он не видел необходимости упоминать, что диссонанс больше не усиливался устойчивыми темпами… а становился экспоненциально хуже. Ни разу за день он не прекращался полностью. Несущественные части мозга уже были скомпрометированы.

Она потёрлась носом о его нос в игривой привязанности.

– Значит, теперь ты лейтенант.

– Для тебя это важно? – Ему было искренне любопытно.

– Малыш, с нашей первой встречи, я знала, что ты любишь командовать. И должность только подтверждает это. – Она прикусила его нижнюю губу. – Единственная разница в том, что я рада за тебя. Мы с тобой всегда будем вместе.

– Судьба?

– Лучше верь в неё. Итак, что мы собираемся делать? – Выражение её лица резко изменилось, и она отпрянула, разрывая всякий контакт. – Твои глаза… боль, она стала хуже, чем раньше, да?

– Не…

Она подняла руку, прежде чем он успел сказать ей, что это неважно.

– Это не пустяк, учитывая пятна крови в белках глаз. – Её голос на секунду задрожал, прежде чем Бренна взяла себя в руки. – Насколько плохо?

Он не мог солгать.

– При нынешних темпах скоро наступит необратимое повреждение мозга. – Жёсткая, грубая форма реабилитации, способная превратить его в овощ.

Глава 36

В самом тёмном ядре ПсиНет чистые чёрные стены залов Совета были заполнены данными, бесконечными серебряными столбцами, слишком быстро бегущими для глаз, чтобы их можно рассмотреть, но разборчивыми для экстрасенсорного разума.

– Мы потеряли контроль над ПайнВуд, – сказала Никита. – Пэрриш – альфа – мёртв, и кто то не только депрограммировал остальную часть стаи, но и настроили разум гиен от дальнейшего вмешательства.

Обученный персонал, возможно, сможет сломать блоки, но потребуются значительные усилия. Не стоит тратить на это время.

– Саша? – спросила Шошанна.

– Нет. – Никита была уверена в этом. – У неё нет необходимых навыков.

– Как и у Фейт НайтСтар, – заметил Маршал.

– Значит, у нас есть одно неизвестное, – заметил Калеб, который до этого момента был нехарактерно тих. – Если не ошибаюсь, навыкам программирования и депрограммирования обучают исключительно определённые виды наших сил.

– Верно, – ледяным тоном произнёс Минг. – Это кто то и элитных солдат.

– Кто то за пределами сети? – Никита прекрасно знала, что, вопреки тому, во что верили массы, существовали Пси, которые не были подключены к ПсиНет.

Не перебежчики, как её дочь, а те, кто вообще никогда не подсоединялся к сети… потому что у них был выбор. Существование «Забытых» один из многих грязных секретов Совета.

– Не обязательно, – сказал Калеб. – Думаю, очевидно, что у нас появилась серьёзная внутренняя угроза.

– Призрак. – Звезда Маршалла стала ледяной белой.

– У него должен быть напарник или единомышленник, – добавила Никита. – В одиночку Пси не может быть настолько искусен как в психической, так и в физической войне.

Взрывы в лаборатории были точечными. Для такого необходима высокая степень технических знаний – совершенно непохожих на опыт, необходимый для перекачки данных из защищённых баз данных ПсиНет.

– И убийства, – заговорила Татьяна. – Мы потеряли нескольких ведущих учёных.

– Я проверяю базы данных на предмет возможных отступников. – Минг с минуту молчал. – За последние десять лет мы потеряли одну Стрелу и семерых солдат с подходящими навыками… при обстоятельствах, когда было невозможно восстановить их тела.

– Что за Стрела? спросила Татьяна.