Изменить размер шрифта - +
По-видимому, она попала в Россию в связи с негоциантскими интересами семьи, занимавшейся вывозом хлеба через Одессу и Николаев. Во многом благодаря матери Сергей Колбасьев с детства владел английским, французским, немецким и итальянским языками. Юноша нежно любил и уважал свою непохожую на других женщин экзотическую матушку. Он наградил ее шутливым юбилейным дипломом, за «неустанные труды на благо российской литературы» — рождение и воспитание такого одаренного сына.

Эмилия Петровна, не чуждая писательскому творчеству (в 1921–1922 годах она работала секретарем петроградского Дома Поэтов на Литейном проспекте), и Екатерина Михайловна Рейснер дружили с юности, и, возможно, даже находились в дальнем свойстве. Это предопределило тесное общение семей, когда Колбасьевы перебрались в Петербург. Здесь Сергей закончил гимназию Лентовской, и проявлял несомненную склонность к литературе. Однако с 1915 года, по примеру братьев отца и с согласия Эмилии Петровны Сергей обучался в Морском кадетском корпусе. Практику проходил в 1917 году на миноносце «Свирепый», участвовал в боевых действиях против турецкого флота. После закрытия корпуса большевиками и досрочного выпуска в марте 1918 года, не доучившийся юный гардемарин был направлен на Северный флот, где служил переводчиком при союзной миссии, но перед интервенцией уехал в Петроград.

Сергей Колбасьев тоже попал в сферу влияния Рейснер-Раскольниковых и долго оставался почти членом этой семьи.

В декабре 1918 года Федор Раскольников попытался организовать морской набег на Ревель (Таллинн), где в то время стояли английские суда. Этому предшествовали долгие переговоры по телефону с Ларисой, которая передавала ему распоряжения Троцкого. «На миноносце «Спартак» я отправился в разведку к Ревелю и наткнулся на значительно превосходившую нас английскую эскадру, состоявшую из пяти легких крейсеров, вооруженных шестидюймовой артиллерией. С боем отступая по направлению к Кронштадту, наш миноносец потерпел неожиданную аварию, врезавшись в каменную банку и сломав все лопасти винтов», — отчитывался Раскольников. Увечный «Спартак» попытался отойти в наши воды, но англичане быстро догнали его и захватили в плен команду. Десятого января 1919 года Раскольникова и еще одного моряка доставили в Лондон. Его обвинили в неспровоцированном обстреле гражданских портовых сооружений и городских кварталов Таллина. На допросе в Адмиралтействе он отказался отвечать на военные вопросы. В Скотленд-Ярде ему сообщили, что он будет заложником за англичан, попавших в плен недалеко от Архангельска. Ему разрешено было отправить телеграмму: «Взят в плен англичанами. Лондон». Она пришла в Россию только 7 февраля.

Это известие не столько испугало, сколько необычайно возбудило Ларису; она как никогда ощутила свою нужность. Энергичная женщина делала все возможное и невозможное, чтобы вернуть мужа в Россию. Соглашение об обмене заложниками было достигнуто только к 20 апреля. Во многом благодаря нажиму Ларисы 27 мая в Белоострове состоялся обмен «первого лорда российского адмиралтейства» на 17 английских офицеров.

«Безмерная радость охватила меня, когда после пяти месяцев плена я снова вернулся в Социалистическое Отечество», — вспоминал Раскольников. Когда много лет спустя он основал «Библиотеку приключений», был напечатан его рассказ «В плену у англичан». Рассказ остросюжетный, в нем повествуется о человеке, ставшем заложником за взятых в плен английских морских офицеров. Пленник нес ответственность как за всех, так и за каждого офицера в отдельности. Это ложилось на него тяжелым моральным грузом. Автор говорит о неудобном проживании в камере-одиночке, о редких допросах; но в рассказе не описаны его переживания — ведь сначала он не мог исключить, что его расстреляют.

Четвертого июня Лариса была освобождена от должности когенмора и уехала с мужем на Волгу, в Царицын.

Быстрый переход