«С волочи – сволочи», – Михаил про себя усмехнулся. Однако вот ведь как этимология слов иногда проясняется!

Что ж, Рогволд был не против новых пассажиров… верней – пассажирок. Да и за команду свою, можно сказать, поручился. Коли уж тут ожидались свободные веселые девки – целым скопом… то… тут и говорить нечего.

Ладно про чужих, о своих подумать надобно. Младшей-то страже – что? Разрешить с девками? Ну-у… тем, кто постарше… пожалуй. В узде-то зачем держать без особой надобности? Ежели кто захочет – пускай. В счет будущих доходов серебришка им выдать… немножко… у кого нет. Потом должны будут. Четко все записать, поручить самому серьезному да дотошному – Ермилу.

Теперь о девах. Не худо бы и их к какому делу пристроить… Безделье-то – хуже всего. От него, от безделья, обычно разные безобразия и происходят. Согласно теории управления, сотрудник всегда должен иметь задачу. Конечно, по его силам. И, по мере решения одной, тут же получать следующую. Вот этой наукой вполне овладели в Советской армии. У хорошего командира солдаты без дела не маялись. И вовсе не обязательно в свободное от службы время чистили от снега плац, разучивали строевые песни или красили зеленой краской траву перед ожидаемой проверкой. Можно было еще провести собрание на политические темы, обсудить в ленкомнате какой-нибудь очередной партсъезд, да хоть тот же боевой листок выпустить.

Вот бы и здесь… Ну, понятно – на привалах-ночевках, на берегу – там можно и потренироваться, и кроссы побегать, а вот на борту… К веслам Рогволд чужих не допускал… так что, сидите, парни, да на реку, на берега глазейте!

А вот, чтобы зря не глазели, нужно придумать какое-нибудь дело… И дело не пустое, а важное.

«Ну-ка, ну-ка, сэр Майкл! Помните в одной старой советской комедии… Нехороший человек – редиска… нет, не совсем это… Девушка – чувиха… Герл!»

Вот! Вот оно! Пусть язык греческий учат. Это уж точно в Царьграде сгодится, да и потом, с торговцами…

В учителя – Ермила с Велькой назначить – они язык знают, пусть и по книжкам, но все-таки. Потом экзамен устроить! Хм… кто в экзаменаторах? А что, если…

– Рогволд, ты по-гречески знаешь?

– А как же! Я же купец! Знаю. И не только греческий, но и готландскую речь понимаю, и немного латынь. Нам, гостям торговым, без чужой речи никак!

– Ну, вот и славненько.

Вечером ладьи пристали к берегу. Выставили сторожу, разложили костры – варили ушицу, неспешно беседовали да пели песни. Готовились к ночевке. Ночью по рекам не плавали – чревато.

Похлебав душистой налимьей ухи, сотник еще раз побеседовал с девами. Те выглядели уже вполне довольными и веселыми. Еще бы – их не прогнали, приняли!

Оставалось выяснить кое-какие мелочи…

– Вы как встретились-то? Случайно?

– Ну… не сказать, чтобы так уж случайно-то…

На этот раз Михайла сначала поговорил с Варварой – просто так вышло. Горислава на ладью пошла – оставшуюся соль отнести, вернуть. Соль-то по тем временам – великое дело. На дороге, чай, не валяется и стоит весьма недешево.

– Я же знала, что Горислава в Ратном не останется ни за что, – девушка растянула губки в улыбке. В золотисто-карих блестящих глазах ее заплясали лукавые искорки.

– Знала?

– Догадывалась.