— Уйди… просто уйди! Ради Бога, оставь меня в покое раз и навсегда!

Он пожал плечами, отошел от нее и одним ловким движением вскочил на серого жеребца. Положив свой бесполезный маленький револьвер в карман, Лаура почувствовала себя дурой. Она действительно применила бы оружие?

— До свидания! — крикнул он ей через плечо с улыбкой, которая, как подумала, поразмыслив, Лаура, не предвещала им обоим ничего хорошего.

— Хотел бы я знать, что за муха ее укусила, — сказал конюшенный Том груму Даффи, когда растрепанная Лаура бросила им поводья и взбежала по ступеням дома.

Даффи оставил свои мысли при себе. Но он был ирландцем, и ему иногда казалось, что у него открывается третий глаз. Отпустив паренька, грум подумал: «Любопытно, кто из этих джентльменов так взволновал молодую леди — ее щеки пылают, а прическа совсем развалилась!»

Челядь обменивалась слухами. От внимания слуг, казавшихся невидимыми, не ускользало ничто — ни оттенки произнесенных слов, ни признаки волнения.

Поднявшись наверх и не встретив никого на своем пути, Лаура вновь обрела в своей комнате относительный покой. Ей хотелось принять ванну, вымыть волосы, очистить голову от мыслей о происшедшем — и о том, что могло произойти!

Она не стала вызывать Адель. Лаура не хотела, чтобы сейчас ее кто-то увидел. Она начала снимать с себя одежду дрожащими пальцами, но невольно представила себе его пальцы — они расстегивали одну маленькую пуговицу за другой; при этом он целовал ее спину — за каждой расстегнутой пуговицей следовал поцелуй.

Трент был дьяволом, завладевшим ее душой, которого она должна изгнать — вместе со странными эротическими образами, внезапно заполнившими ее сознание, О Господи, как она хотела никогда больше не видеть его! Но тут же спросила себя: «Где он сейчас? О чем думает, что чувствует, вспоминает?» Она не желала ничего знать, не хотела думать о нем. Однако думала.

Глава 29

Трент решил отправиться к леди Вестбридж. Ему хотелось выплеснуть на кого-то свою злость, разочарование и чувственное возбуждение. Хорошенькая, как фарфоровая статуэтка, Сабина прекрасно подходила для этого. Она была не только красивой, но и весьма услужливой и очень опытной любовницей. Трент оплачивал ее прекрасно обставленную квартиру на Керзон-стрит и мог появляться там в любое время. «Лишь бы сегодня у нее не оказалось другого мужчины!» — подумал Трент.

Он застал Сабину в постели; полуобнаженная девушка выглядела обворожительно. Посмотрев на нее, Трент подумал, что она нравится ему такой — в полусонном состоянии Сабина не была расположена к разговорам.

Она села и убрала с лица золотистые пряди.

— Трент! Я уже решила, что ты больше не придешь! — Он молча стянул с ее плеч шелковую простыню и начал ласкать соски. Слава Богу, она не только легко возбуждалась, но и охотно отдавалась!

— О, Трент, пожалуйста, остановись, мне надо с тобой поговорить!

Она оттолкнула руку Трента, посмотрела на него своими небесно-голубыми глазами, в которых мелькнули слезы.

— Трент… нам необходимо поговорить! Все сплетничают, а Реджи — Реджи просто вне себя от гнева. —

Не заметив, что его глаза внезапно стали ледяными — или, решив пренебречь этим, — Сабина продолжила: — Ты не представляешь, как я себя чувствую, когда ты исчезаешь, да еще в разгар сезона! Все гадают, куда ты пропал и почему. Мне приходится отвечать, что я тоже не знаю, где ты, и это ставит меня в крайне неловкое положение. Реджи требует, чтобы я постоянно находилась здесь — тогда люди будут думать, что мы уехали вместе! Я так несчастна! Мы обещали побывать вместе в стольких местах! О, почему ты обошелся со мной так безжалостно? Я чувствую себя униженной.