— Что ж, мысль неплохая.

В этот момент Пирс повернулся, и его лицо оказалось на свету. Маляр сразу обратил внимание на длинный шов, красноватой молнией тянувшийся вдоль носа Пирса.

— Похоже, вам крепко досталось.

Пирс кивнул.

— Это долгая история.

— И мне она ни к чему. Так запомните, что я вам сказал.

— О чем вы?

— Если понадобится маляр, звоните мне.

— Обязательно. У меня же есть ваша карточка.

Пирс еще раз кивнул и посмотрел вслед Эйлло, который вышел и вперевалку зашагал дальше по коридору. Пирс подумал о его замечании по поводу трупа в морозильнике. Что это — случайная догадка, или маляр не тот, за кого себя выдавал?

Через несколько секунд в коридоре послышалось звяканье ключей и металлический щелчок открываемого замка.

Потом раздался знакомый скрип поднимаемой двери. Возможно, Эйлло, просто зашел взять нужный инструмент со склада. Выждав еще несколько минут, Пирс услышал звук закрываемой двери. Почти тут же послышалось механическое гудение — видимо, на этот раз работяга предпочел воспользоваться лифтом.

Убедившись, что снова остался один на этаже, Пирс включил морозильник в розетку и дождался, пока компрессор начнет работать. Потом вытащил из брюк полу рубашки и протер ею все поверхности морозильника и электрический шнур, за которые хватался руками. Тщательно удалив возможные отпечатки, Пирс вышел и опустил дверь. Потом навесил замок от другой ячейки, запер его и снова протер все поверхности, к которым прикасался.

По дороге к лифту его внезапно окутало густое облако собственной вины и животного страха. Пирс понимал: причина была в том, что последние полчаса он действовал, почти целиком опираясь на инстинкты и запасы адреналина в крови. И делал все бездумно, как робот. Но теперь, когда шприц с адреналином опустел, он снова остался один на один со своими мрачными мыслями.

Пирс отчетливо осознавал, что страшная опасность еще совсем близко и дышит ему в лицо. А его попытка спрятать труп — все равно что заклеить рану от пули обычным лейкопластырем. Теперь предстояло выяснить, что именно с ним произошло и по какой причине. Главное — составить надежный план, который должен его спасти.

И словно скрепляя клятву печатью, размахнулся и со всей силы шарахнул кулаком по торшеру, который недавно заказала и поставила в его гостиной Моника Перл, а потом плюхнулся на любимый диван. От удара элегантный бежевый плафон разлетелся вдребезги. Стояк торшера переломился и через секунду соскользнул по стене на пол, будто нокаутированный боксер.

— Вот так-то, черт подери!

Пирс стремительно вскочил с дивана. Ведь только что он намеренно перепрятал жертву убийства. Но сидеть и ждать в такой ситуации было не просто глупо, а самоубийственно.

Он знал, что надо делать. Прежде всего все тщательно обдумать. И размышлять надо не с позиции полицейского, а как ученый. Детектив передвигается как бы вдоль линии — от одной зацепки к другой, пытаясь составить из кусочков мозаики цельное полотно. Но часто из этих механических фрагментов у него получается искаженная картина.

Однако Пирс ученый, исследователь и должен воспользоваться теми приемами, которые до сих пор всегда срабатывали. Надо применить тот же метод, который позволил ему разобраться с подкинутой пластиковой картой и ключами от хранилища. Начать с самого низа и последовательно подниматься наверх. Установить логические фильтры и проверить, где пересекаются проводники. Отойти от внешней канвы событий, проникнуть в их внутреннюю архитектуру и механику. Отбросить линейное мышление и посмотреть на факты под разными углами. Повернуть события другим боком и узнать, что из этого следует.