— Генри, как ты, в порядке? Я слышал на тебя напали, еще что-то случилось...

— Это долгая история, Джейкоб. Я расскажу тебе позднее. А вот сейчас мне нужна от тебя фамилия специалиста. Мне нужен юрист, адвокат по уголовным делам. Высококвалифицированный, но кто не слишком любит пялиться в телевизионную камеру или давать интервью газетчикам.

Пирс понимал, что таких адвокатов в Лос-Анджелесе мало, но в сложившейся ситуации ему надо было быстро и гарантированно обезопасить себя от облыжного обвинения в убийстве. Причем сделать это требовалось без лишнего шума и чрезвычайно осмотрительно, иначе вступит в действие принцип домино — последовательное крушение как его личных планов, так и судьбы компании.

Перед тем как ответить, Кац откашлялся. Он сразу понял, что просьба Пирса носит не совсем обычный характер и не вписывается в рамки их профессиональных отношений.

— Думаю, что смогу найти такого адвоката, — наконец ответил он. — Она тебе должна понравиться.

— Чарли, пришел мой врач, и мне надо кое-что сделать. В общем, сообщи ему, что мы решим этот вопрос до конца недели или в начале следующей.

— Не могу, Генри. Он желает познакомиться с «Протеем» до того, как мы направим заявки на патентование. Поэтому не стоит затягивать. Кроме того, ты уже встречался с Морисом и знаешь, что он не любит проволочек.

— И все-таки позвони ему и попробуй отложить нашу встречу.

— Ладно, свяжусь и попробую. А потом перезвоню тебе.

Закончив разговор, Пирс сунул трубку в футляр на боковой стенке кровати. Он обернулся к Лангуайзер и попытался улыбнуться, но подсыхающие на лице швы причиняли больше боли, чем днем раньше, поэтому улыбка вышла вымученной.

Она протянула руку, и Пирс пожал ее.

— Дженис Лангуайзер. Рада встретиться.

— Генри Пирс. Учитывая обстоятельства нашей встречи, лично я этого сказать не могу.

— Обычная ситуация, когда приглашают адвоката.

У Пирса уже был ее послужной список, который ему передал Кац. Лангуайзер занималась адвокатской практикой в небольшой, но влиятельной фирме «Смит, Левин, Колвин и Энрикес». Компания, по словам Каца, была столь мало известна в широких кругах, что отсутствовала даже в телефонном справочнике. Ее клиентами являлись представители элитных кругов, нуждавшиеся время от времени в защите. Год назад эта компания пригласила Дженис Лангуайзер из окружной прокуратуры, где та участвовала в самых громких судебных процессах последних лет. Кац объяснил, что, помимо прочего, контакт с этой юридической фирмой позволит завязать взаимовыгодные отношения на будущее, поскольку «Амедео текнолоджиз» готовится к выходу на общественную арену. Пирс не стал говорить Кацу, что до широкой известности их фирмы дело может и не дойти, если его личная ситуация не разрешится должным образом.

После стандартных вежливых расспросов по поводу полученных травм и перспектив выздоровления Лангуайзер поинтересовалась, почему он решил, что ему нужен адвокат по уголовному делу.

— Потому что вокруг меня крутится детектив из полицейского управления, который считает меня убийцей. А недавно он сообщил, что собирается подать заявление в окружную прокуратуру по обвинению меня в нескольких преступлениях, включая убийство.

— Как его зовут?

— Его фамилия Реннер. Имени своего он мне, кажется, не называл, или я просто забыл. У меня есть его визитка, но я так и не заглянул в нее...

— Роберт. Я его знаю. Он работает в Тихоокеанском округе, причем довольно давно.

— Вы с ним пересекались по работе?

— Да, в начале моей карьеры по делам окружной прокуратуры я участвовала в нескольких процессах, материалы по которым представлял именно Реннер.