Седюк смотрел на амперметр не отрываясь. Стрелка его дрожала и медленно поднималась вверх, — прошло двадцать минут, пока она добралась до пятидесяти ампер. Зеленский, которому наскучило ожидание, толкнул Синего локтем и громким шепотом спросил:

— Самуил Львович, как вы думаете, обещанное затемнение поселка к утреннему рассвету состоится?

Кто-то, не выдержав, прыснул. Газарин сердито посмотрел на улыбающегося Зеленского. Дипломат Синий, всегда старавшийся по возможности примирять страсти и бывший на хорошем счету у всех враждующих сторон, выразительно пожал плечами, но вслух ничего не сказал.

Движение стрелки явственно убыстрялось — теперь она ползла к ста амперам.

— Потребление мощности увеличивается на пятьсот киловатт, — сказал глуховатый голос дежурного инженера станции. — Резервом покрывать не могу. Согласно графику, первым отключаю ремонтно-механический завод.

Дебрев, навалившись на спинку стула Газарина, не отрываясь, следил глазами за приборами.

— Отключаю железнодорожное депо, — бесстрастно сообщил репродуктор. — Потребление дополнительной мощности замыкания на землю — восемьсот киловатт.

Газарин пояснил:

— Сейчас скорость прогрева примерно тридцать кубометров вечной мерзлоты в час.

Шутки оборвались. Возбуждение, овладевшее Дебревым, передалось остальным. Зеленский, поднимаясь на носки, всматривался в плохо видимую издали стрелку. Лесин поглядывал то на амперметр, то на сосредоточенного, спокойного Газарина и нервно сжимал руки. Синий снял кепку и вытер внезапно вспотевший лоб. Стрелка амперметра переходила за двести ампер.

— Отключаю подсобные предприятия, карьеры и опытный цех, — говорил голос дежурного инженера. — Мощность замыкания на землю свыше тысячи киловатт.

— Янсон, ты меня слышишь? — крикнул Дебрев в трубку. — Происшествия какие-нибудь есть? Ты меня слышишь, Ян?

— Никаких происшествий, — сказал в репродуктор неторопливый, как всегда, насмешливый голос Янсона. — Предприятия хором ругаются по поводу отключения. Я их всех заранее предупредил, но это на них не действует. Прохоров сам запрашивал, скоро ли в Ленинске прекратятся безобразия с авариями на станции. Судя по всему, у вас дела идут хорошо?

Дебрев крикнул:

— Отлично идут, Ян! А на руготню не обращай внимания.

Напряжение, в каком стояли люди вокруг приборов, словно разрядилось этими словами Дебрева, послышались шум, смех, веселые восклицания. Все заговорили разом, плохо слушая один другого и торопясь высказать свое мнение. Стрелка амперметра подходила к тремстам ампер.

— Потребление мощности на землю — тысяча восемьсот киловатт, — сказал дежурный инженер. — Вынужден отключить освещение поселка, в том числе и управление комбината.

Эти слова были приняты с таким восторгом, будто самое большое достижение заключалось в том, что поселок погрузился во тьму.

— Сам себя отключил! — кричал Назаров, громко хохоча. — Электрический диспетчер при свечке работает.

Синий торжественно обратился к Зеленскому, протягивая руку к приборам:

— Вот вам обещанное затемнение, Александр Аполлонович.

— Нет, это замечательно! Это потрясающе! — восклицал Зеленский, не слушая Синего. — Вы понимаете, что это такое, Самуил Львович? Это революция в разработке вечной мерзлоты. Вы сами не понимаете, что делаете!

— За нас не беспокойтесь, мы понимаем! — возразил Синий и добавил с такой гордостью, словно это было его открытием: — Крупнейшее изобретение, поверьте слову старого электрика!

Дебрев осведомился:

— Какова сейчас скорость прогрева?

— Примерно восемьдесят кубометров в час, — ответил Газарин, наблюдая за показаниями приборов.