– Благодарим вас за радушие, – поклонился Хиро. Девушки быстро пошли за хозяйкой в дом, ведь успели устать и проголодаться, а юноши не спешили заходить и вместо этого остались еще немного поговорить с хозяином дома.

– У нас есть место на чердаке. Еще мы можем уступить вам две циновки, на которых спят мои дети, – А-Лин и А-Фэй могут лечь сегодня с нами.

– Вы делаете для нас очень много, Нань Ли. Мы такого радушия не заслуживаем, – покачал головой вампир, но мужчина его пресек:

– Не нужно! Не нужно! Как я уже говорил, моя семья в долгу перед тобой. Да и твои спутники наверняка устали. Как у нас говорят, в тесноте, да не в обиде.

Наконец они зашли в дом. Небольшая проходная комната, в которой стояла печка и виднелась лестница на чердак, была соединена проходом с комнатой, служившей кухней и столовой. В этой же комнате было место для досуга: повсюду лежали простые детские игрушки, кучки сена и ткани со швейными принадлежностями. Видимо, хозяйка сама заботилась об одежде в семье и хорошо шила.

Чуть дальше хлипкими тонкими стенками были разделены две комнаты – детская и спальня. У всех было свое место.

На кухоньке стол был совсем небольшим – если бы все хозяева и гости попытались за него сесть, то они бы прижались друг к другу щеками. Поэтому Джек и Хиро расположились в углу комнаты, взяв тарелки с едой, а хозяева посадили детей к себе на колени, чтобы освободить места для Мии и Миры.

За столом завязалась легкая беседа. Дети начали расспрашивать гостей о местах, откуда те пришли, почему у Мии такие длинные уши и что это за светящийся шарик за поясом Миры. Когда хозяева выяснили, что трое из четырех гостей – вегетарианцы (конечно, Джека тоже можно было назвать кем-то вроде вегетарианца, но не будем об этом), они быстро попытались исправить ситуацию и нашли в запасах овощи и фрукты. Ну а мясо, которое приготовили для них, отдали вампиру, который только и рад был принять этот щедрый подарок небес.

После плотного ужина Нань Мэй пыталась всучить Хиро и Джеку циновку, подушки и одеяла, чтобы им было удобнее спать на чердаке, но юноши успокоили ее, сказав, что у них все есть, и наконец-то отправили хозяев спать.

Хиро долго не мог уснуть и ворочался, лежа на ткани палатки на холодном чердаке. После знакомства с этой семьей ему вспомнились дни, когда они с Мией еще были детьми и точно так же бегали вокруг воспитателей-родителей. Хиро начал прокручивать в голове все воспоминания, связанные с отцом, вплоть до их последнего разговора, после которого они с сестрой срочно покинули родной дом.

А ведь они уже на границе узнали, что отец погиб. Они не были с ним в последние минуты жизни. И уже никогда его не увидят.

– Хиро, лучше не реви, а спи и набирайся сил, – вдруг прозвучало рядом, и эльф пересекся взглядом с новым другом, который почти с головой забрался под одеяло.

– Что? Я не реву, – серьезно ответил эльф, но вампир лишь хмыкнул.

– Да у тебя все на лице написано. А ты, видимо, мягче, чем кажешься на первый взгляд.

Хиро удивленно на него посмотрел.

– Я… кажется тебе не мягкий?

– Ха-ха, что это за корявая фраза? Видимо, на тебя уже начал действовать людской язык, раз ты говоришь на ломаном эльфийском. Но я понял твою мысль. Ну, я имел в виду, что ты всегда такой серьезный, строгий. Особенно к сестре. Вот и подумал, что ты никогда не показываешь свою нежную сторону, присущую вам, эльфам.

– К Мии я строг, потому что это была воля отца. Он взял с меня слово, что я не позволю ей потерять голову в момент паники. Но знаешь… – Юноша перевернулся на спину и уставился вверх.