Он не сводил глаз со спящей Ребекки и постепенно стал думать о тайнах ее прошлого – черт возьми, они пугали его.

Клэй прикрыл глаза и ощутил, как его охватывает ласковая дремота. Он бы, может, и примирился с этим браком, если бы Ребекка спала с ним. Клэя огорчала ее неприязнь к нему, потому что, по правде говоря, ему начинало нравиться жить с ней. Он согласился бы все простить и забыть – но она была помешана на своей независимости. И до сих пор носила на пальце кольцо Чарли Эллиота.

Ну ничего, когда они доберутся до Калифорнии, все уже будет по-другому.

И к дьяволу аннулирование брака!

На следующее утро поезд тронулся около семи. Скотт предварительно велел всем проверить, чтобы бочки с питьевой водой были полными. Дорога медленно поднималась в гору. Бизоны попадались крайне редко.

К вечеру они достигли подножия крутого холма и, поднявшись на вершину, увидели, что перед ними простирается огромное плато. Несмотря на отсутствие рек или водопоев, Скотт объявил привал на ночь и предупредил, чтобы воду расходовали экономно: завтра источники им тоже не встретятся.

На следующий день поезд продвинулся очень далеко. Они преодолели больше двадцати миль и остановились у края плато: оно внезапно обрывалось, а внизу виднелась долина Норт-Платт. В отдалении маячили зеленые кроны деревьев – много недель, с тех пор как выехали в прерии, путники не видели их. Теперь, ободренные, все радостно предвкушали новый день.

Вечером мужчины собрались, чтобы обсудить завтрашние дела, а Ребекка и Генриетта пошли прогуляться и дошли до обрыва.

– Представить не моту, как можно вести фургоны по этому склону, – сказала Ребекка.

Этта согласно кивнула.

– Папа сказал, что их придется как-то спускать.

– О, леди, вы все уже просчитали? – поинтересовался Клэй, подошедший сзади. С ним был Том Дэвис.

Юная парочка обменялась взглядами, и Генриетта заявила:

– Увидимся позже!

Они с Томом ушли.

Клэй выглядел ошарашенным.

– Что это на нее нашло? – в недоумении спросил он. Как же мужчины близоруки в делах сердечных!

– Понятия не имею, – ответила Ребекка. – Так что решили на собрании?

– Будем тянуть вагоны вниз.

– Каким это образом?

– Закрепим колеса, чтобы они не вращались, и впряжем в фургоны мулов вместо волов. Волы слишком неповоротливы, и фургоны смогут их обогнать.

– А разве мулов они не обгонят? Сдается мне, тормоза под таким углом не сработают.

– У нас будут человеческие тормоза. – Клэй усмехнулся, встретившись с ее непонимающим взглядом. – Люди с веревками. Скотти сказал, что на каждый фургон нужно по восемь – десять человек. Женщины, дети и животные будут спускаться пешком. Конечно, если ты, Бекки, не намерена самолично провести фургон вниз. – Клэй осклабился.

– Уверена, ты хотел бы, чтобы я попробовала.

– Я бы сам не дал тебе попробовать.

– Ага, понятно. Снова играешь в заботливого муженька.

– Я не играю, Бекки. Ты единственная, кто пытается превратить этот брак в игру.

В его голосе не слышалось гнева, но все же Клэй говорил предельно серьезно. У Ребекки напрягся живот. Она выдавила улыбку.

– Ну по крайней мере ты можешь рассчитывать, что она закончится, когда мы доберемся до Калифорнии. Надеюсь, эта мысль делает тебя счастливым? Я вовсе не намерена создавать тебе дополнительные проблемы.