Грегори сказал:

— Мы разожжем костер. Это отпугнет диких собак, которые могут сюда забрести.

Мы собрали ветки акации, которая, как он сказал, хорошо горела. Затем Грегори достал жестянку с крышкой и проволочной ручкой.

— Без этого не обходится ни один путник во внутренней стране. В любое время можно заварить горячий чай.

— Такое чувство, что вы вооружены против любой случайности, — сказала мама.

— Все определенно должны быть благодарны твоему опыту, — добавил отец Мы наблюдали, как Грег заваривает чай. Потом мы пили чай, который казался особенно вкусным, так как мы испытывали жажду.

Грегори деловито сполоснул кружки и жестяной чайник в ручье и сложил их обратно.

— А сейчас доброго сна, — сказал он, — и с первым лучом мы отправляемся. Возможно, мы доберемся до Кадора к закату.

Я лежала в своем спальном мешке, глядя на чужое небо с незнакомыми звездами. Я нашла Южный Крест, который ясно показывал, что мы находимся на другом конце света, и делал дом невозможно далеким. Я не могла не думать о том, что называла уютными годами моего детства: прогулки верхом с отцом, ожидание Джекко домой на праздники.

Воспоминания навели меня на мысль о Дигори. Где он сейчас? Где-то под этими звездами? Может быть, он был всего лишь в нескольких милях отсюда? Пока мы здесь, я могла бы попытаться найти его. Может, всеведущий Грег поможет? Но мне нужно осторожно прибегнуть к его помощи. Я чувствовала, что могу совершить опрометчивый шаг. Я задремала и внезапно проснулась, почувствовав, что надо мной кто-то стоит.

Это был Грегори.

Он приложил палец к губам.

— Вы же не хотите разбудить всю компанию? — прошептал он.

Я почувствовала внезапно облегчение, ведь рядом находились мама и отец, Елена и Мэтью. Я — в безопасности. Но мгновение назад, находясь еще во власти сна, я подумала, что совсем одна рядом с этим мужчиной. Одна, здесь, в этой далекой стране. Эта мысль ужаснула меня.

Он опустился на колени рядом со мной. Я видела, как его глаза блестели, отражая свет звезд.

— Все в порядке, — сказал он. — Я просто пришел посмотреть, как вы спите.

— Зачем?

— Я хотел убедиться, что вы удобно устроились.

— Мне удобно.

— Но это не пуховая перина, а? Когда мы доберемся до дома, будет лучше. Мы устроим вас там со всеми удобствами. Именно это является моей целью, Анни.

— Меня зовут Аннора.

— Отлично, но мне нравится Анни, это более дружески.

— Мне не нравится.

— Ерунда, Анни, ты привыкнешь.

Я услышала голос отца:

— Что-то случилось?

— Нет, нет, — Грегори поднялся на ноги. — Показалось, будто кто-то пробирается. Подумал, дикая собака: они очень смелые по ночам.

— Скоро вставать? — спросила мама.

— Еще пара часов, — ответил Грегори.

Я, дрожа всем телом, следила, как он уходит. Его поведение наполняло меня тревожным предчувствием.

На рассвете мы были готовы продолжать путь. День казался похожим на предыдущий, и, когда мы подошли к ручью, Грегори взглянул на него с беспокойством, оценивая, сколько в нем осталось воды.

— Самое ужасное проклятье этой страны — засуха.

Если бы у нас была хоть малая часть тех осадков, которые выпадают у вас в Старом Свете, наша земля превратилась бы в Господень Рай.

В пути он рассказывал нам, как мальчиком приехал сюда и полюбил эту отдаленную землю.

— Она прирастает к вам, держит вас мертвой хваткой. Может быть, кто-нибудь из вас тоже попадет в ее сети, — предупредил он.