Он отмахнулся от ее извинений:

— Ты же не знала, что я упаду с коня. Тебе он нужен для спины.

— Для спины? — спросил Коннор. — А что с твоей спиной?

Дансер не дал Мэгги ответить:

— Она у нее почти все время сильно болит.

— Не сильно, — поправила Мэгги. — Просто болит.

Коннор указал на стул напротив него:

— Сядь.

— Со мной все в порядке.

— Сядь.

Бросив на Дансера недовольный взгляд, потому что тот рассмеялся, Мэгги села.

— Моя спина в полном порядке, — сказала она Коннору.

Коннор не обратил внимания на ее слова, а заговорил с Дансером:

— Она все лето работала на ранчо как наемный рабочий?

— Больше в поле, чем на ранчо, — ответил тот. — Она, правда, не объезжала диких мустангов и не копала ямы под столбы. Не то чтобы я сомневался в ее способности справиться с этим. Ей просто удержу не было.

Мэгги широко улыбнулась, чувствуя себя польщенной описанием Дансера. Но ее улыбка угасла, когда она поймала неодобрительный взгляд Коннора.

— Ты думал, я приехала сюда, чтобы за мной ухаживали? — спросила она. — Конечно, я работала. Я не безрукая и не инвалид.

— Ну вот, теперь она показывает свой гонор, — сказал Дансер Коннору. — А ведь ты даже ничего не сказал.

— Я заметил, — сухо ответил Коннор.

Одарив обоих нетерпеливым взглядом, Мэгги встала из-за стола и вышла на крыльцо. Села на ступеньку, привалившись плечом к грубо обтесанному сосновому столбу. Она не обернулась, когда дверь отворилась и вышел Коннор. Она чувствовала его за своей спиной. Он долго стоял там, потом опустил руку и прикоснулся к ее плечу. Нажатие его пальцев заставило ее сдвинуться на одну ступеньку ниже. Она не возразила. Он сел сзади и притянул ее к себе между расставленных колен так, что ее голова легла ему на грудь.

— Лучше? — мягко спросил он.

К ее удивлению, ей стало лучше. Она думала, что хочет побыть одна, но в действительности это было не так. Она не думала, что захочет, чтобы он был так близко, но с легкостью приняла его.

— Лучше, — ответила она.

Кончики его пальцев прикоснулись к нежной впадине ее виСка. Он отвел назад локон, но как только волосы перестали мешать, их место заняли его пальцы, поглаживая висок так легко, словно прикосновение ветерка к коже.

— Дансер говорит, ты уже научилась всему, чему он мог тебя выучить.

— Мне он тоже это говорит. Не уверена, что ему можно верить.

Коннор услышал то, чего она не сказала, а именно — что она не уверена, что готова уехать. Он не собирался начинать этот спор. Вместо этого перевел разговор на другое:

— Ты писала своей матери? Мэгги кивнула:

— Каждый день, только она об этом не знает. Дансер всего один раз ездил в город с тех пор, как я живу тут. Тогда он отправил несколько писем, но у меня уже снова полная коробка. Может быть, ты смог бы их отправить, когда поедешь.

— Может, и смог бы.

Мэгги закрыла глаза. Его ласковые пальцы перебрались на щеку.

— Я много думал о тебе, — сказал он. — Не думал, что так получится, но так оно и было. Я хотел, чтобы ты это знала. — Это признание было сделано нехотя, будто он пытался удержать слова, но их вытягивала из него сила более могущественная, чем его воля.

— Я тоже о тебе думала, — сказала она.

Это было самое большее, что каждый из них был готов сказать. Они замолчали.