— Ты работала двойным?

– А какие у меня были варианты, после того как я всё узнала? Поняв, что реального сопротивления нет, я была благодарна и за такой расклад. На Точку Ч не хотелось. Вот я и работала и на Контору, и на Сопротивление. Получала команды не только от шефа на официальной работе, но и от шефа Сопротивления. Рядовые сотрудники, что там, что там, были уверены в моей идейности. А я занималась тем, что сливала нужную шефам информацию в нужное время нужным людям и там, и там. Предавала и тех, и тех. Сам понимаешь, что от моей романтики не осталось и следа. Ты просто не представляешь, какой сукой, каким ничтожеством я себя ощущала. Особенно когда в результате моих действий страдали люди, считавшие меня своим товарищем. Да и сейчас ощущаю.

Катя опять замолчала, мне показалось, что по её щеке покатилась слеза.

Я оказался прав, Катя вытерла слезу и грустно улыбнулась, словно застеснявшись этого.

– А взять и всем всё рассказать не пробовала? — продолжил я разговор.

— Сначала хотела, но когда увидела, как у них всё связано и повязано, то руки опустились. Просто стало страшно. Очень не хотелось на Точку Ч. Со временем нашла смысл жизни в другом: пыталась, как могла помогать ребятам, по возможности саботировала, иногда искажала информацию, тем самым спасая людей от неминуемой гибели или от Точки, что собственно одно и то же.

– А почему ты в итоге оказалась в той тюрьме? — мне было неудобно задавать Кате такие тяжёлые вопросы, но каждая крупица информации была на вес золота.

– Отношения с Артуром испортились после всего этого. Мы ещё формально были вместе, но это было уже не то. С одной стороны, я не могла ему простить, что он меня так подставил. Но с другой стороны, формально я его предала, и это факт. Я обманывала его и воровала у него информацию. А это, как ни крути, предательство. Какие уж тут могут быть отношения? – Катя грустно посмотрела на меня и добавила. — Чистый секс. Два раза в неделю, извини за подробности. Ему было хорошо со мной в постели, а мне это давало гарантию, что меня не отправят на Точку.

— Но всё-таки отправили? – не удержался я и перебил.

— Не совсем так. Неделю назад шакалы решили устроить западню для некоторых наиболее активных участников Сопротивления. Я должна была закинуть ребятам наживку: информацию, что к нам в офис привезут на съёмных носителях очень важные коды для взаимодействия с Системой. Настолько важные, что их нельзя даже передавать через сеть. Я когда информацию закидывала, не знала, для чего. Думала, что потом я типа им с этих носителей должна буду что-то слить. А шеф Сопротивления дал ребятам приказ напасть на наш офис и добыть эти диски с данными. Ребята стали готовить нападение. Их всех должны были там убить. Не знаю, зачем понадобилось устраивать побоище.

«Зато я знаю, — опять подумал я. -- С позиции Игры это всё очень объяснимо и имеет смысл. Битва! Два главаря решили устроить битву между своими кланами. Настоящую битву с оружием. Да, эти парни играют по-крупному и ничьих жизней в этой Игре не щадят».

– Там, кстати, Слон должен был быть, ещё несколько ребят, всего около десяти, – продолжила Катя. – Я когда узнала, что их ожидает, хотела предупредить, но Артур, как почувствовал, посадил меня под домашний арест и двоих охранников приставил. С охраной-то я справилась, забрала у одного из них мобильный, стала звонить нашим, но они отключили телефоны. Во время операций мы только спецсвязь используем, а у меня рации не было. Я дозвонилась до Кости, это паренёк новенький из Сопротивления. Его ещё не брали на опасные дела.