— Ну и не называй, нынешнее обращение меня вполне устраивает.

— Вы не поняли! — он понурился. — Просто… Ну представьте, вот вы с папой идете, и кто-то спрашивает: что это за дама с твоим отцом. Я могу сказать или «моя мачеха», или «его жена», но это же не то… я так как будто барьер ставлю между вами и собой! А иначе не выходит!

— Бедный ты мой, глупый ребенок, — вздохнула Антар, поймав Драко за шиворот и прижав к себе. — Меня не волнует, как меня назвали. Мы же с тобой знаем, кто мы такие, кем друг другу приходимся… Верно? А если людям непременно нужен ярлычок, ну так что с них взять, с убогих! Спросят — назови меня мачехой, с меня не убудет, честное слово… Звучит не очень здорово, ассоциации рождает разные, но это такая ерунда, уж поверь! Мама у тебя была одна-единственная, другую женщину ты так не назовешь никогда… Я в курсе всего, так зачем ты передо мной оправдываешься?

— Ну просто… — тот шмыгнул носом.

— А раз «просто», иди спать. Мне еще… — девушка потянулась, — много чего нужно сделать!

— Понял, — сказал Драко, — ухожу. Но…

— Иди спать, — отрезала Антар. — И без фокусов, Басти тебя проводит и проследит, чтобы не дурил! Басти-и-и…

Проводи мальчика, Басти, смотри, чтобы никуда не отлучался, потому что я сейчас буду хулиганить! Где там чернила? Сейчас я оставлю такие следы…

— Ну вот же, вот следы, совсем свежие! — говорил Флитвик. Судя по всему, он едва сдерживал улыбку, потому что ни один сознательный монстр не станет аккуратно вымачивать лапы в чернилах и так пятнать коридор.

Следы вели прочь из замка, в Запретный лес.

Преподаватели уставились на Локхарта. Локхарт попытался попятиться, но позади внезапно вырос профессор Снейп, ухмыляющийся гнуснее обычного.

— Остановите же чудовище, — сказал он высокопарно. — Не вы ли похвалялись тем, что избавились от злого духа, досаждавшего целой деревне? И то было в глухих краях, а здесь любой из нас мигом придет к вам на помощь!

— Хорошо… — упавшим голосом произнес Локхарт. — Я иду… иду… в Запретный лес…

К чести Гилдероя Локхарта стоит отметить, что он действительно сумел дойти по крупным, отчетливо видным в лунном свете кошачьим следам до ближайшей поляны. Правда, обернувшись, он этой дорожки следов уже не увидел — они исчезали сами собой. Профессор оказался в лесу, луна скрылась за облаками, а на его крики никто не отзывался.

Большая пестрая арысь лежала в развилке дерева, посмеивалась про себя и вылизывала лапы. По ее прогнозам, метаться по поляне Локхарту предстояло до самого утра. Нет, он мог бы поискать путь назад самостоятельно, да только все тропинки неминуемо привели бы его обратно, на эту самую поляну. Запутать дорогу — проще и быть ничего не может, и не надо на леших грешить! Для такого и волшебником-то быть не обязательно.

«А вот теперь, — подумала арысь и потянулась, — настало время для ночного выступления!»

— Мр-р-ря-а-а-у-у! — раздалось в ночи, и Локхарт подпрыгнул, выхватив палочку.

— Уа-а-а-ау! Мя-а-а-ау-у-у! — донеслось с другой стороны, и он покрылся холодным потом…

Мы с тобой молодцы, Басти! Напугали бедолагу так, что он, едва его отыскали и вернули в замок, кинулся собирать барахлишко. Покидал мантии в сундук да и был таков, а кто преподавать будет — бог весть! Ну да посмотрим…

— Глава шестнадцатая

Пролитая кровь

— Мисс Дьеллор, вам не кажется, что ваше поведение несколько выходит за рамки приличий? — сквозь зубы спросил Снейп, поймав девушку в коридоре, когда та направлялась в Большой зал на завтрак.