Глава 11

 Как только Эмма со своей компаньонкой спустились по лестнице и вышли на улицу, Поль возвратился в бальный зал. На его губах играла зловещая улыбка. Эмма будет спать не меньше двенадцати часов. Он дождется раннего утра, и тогда они с Луисом проникнут в дом. Спящие слуги ничего не услышат. Улицы будут безлюдны.

 К середине следующего дня он так или иначе добудет необходимую информацию.

 Когда куранты пробили час ночи, Поль покинул «Олмэкс» и быстро зашагал на Халф-Мун-стрит. Мостовые блестели в лунном свете, но там, где кончалась брусчатка, начиналась мокрая вязкая глина.

 Луис его уже поджидал.

 — Ты вовремя, Паоло. Я как раз приготовил веревку и кляп… и еще ломик. Если не удастся вскрыть замок во французском окне, придется разбить стекло. Там есть патока и бумага. — Он указал на небольшой саквояж на столе.

 — Хорошо. Женщина получила такую изрядную дозу опиума, что может свалить и лошадь. Не проснется до середины утра. — Поль начал срывать с себя вечерний костюм.

 — И она его приняла?

 Поль презрительно сморщился.

 — Уснула еще до того, как покинула это абсурдное развлечение. — Он быстро натянул темные бриджи. — Самое глупое из всех, что мне доводилось видеть: ни напитков, ни карт, если не считать ставки по шесть пенсов. И целая орава накрахмаленных матрон, которые придумывают несусветные правила. Поверь, Луис, мне ужасно не терпится уехать из этой Богом забытой страны. Ее обитатели или ненормальные, или закоренелые мошенники.

 Он всунул руки в рукава темной тужурки и застегнул ее под самое горло, чтобы не было видно ни клочка его белой рубашки. Натянул черные перчатки и разгладил их на длинных пальцах. В том, как он ими двигал, ощущалось нечто необыкновенно зловещее. У Луиса зашевелились волосы на голове: однажды он видел, как вот этими самыми затянутыми в перчатки пальцами его компаньон задушил человека. При этом, пока жизнь покидала жертву, его лицо оставалось абсолютно бесстрастным.

 Умный человек никогда не перебежит Паоло дорогу. Женщине повезет, если им удастся найти документ.

 Мужчины вышли из дома и быстро пошли по ночной улице. Поль нес короткий кинжал. За поясом под плащом торчали пистолеты. Карман оттягивала увесистая удавка.

 Из темного переулка возник стражник с фонарем на шесте. Он посмотрел на прохожих и поудобнее перехватил дубинку. В этот час богобоязненные граждане не таскаются по улицам по законным делам. Другое дело — кареты, но пешеходы…

 — Куда это вы собрались в такую пору? — воинственно спросил он.

 Но Поль был явно в дурном настроении: за два дня его успели дважды унизить. Сначала неизвестный нападавший, потом сама Эмма. И хотя ее отказ напрямую на него не подействовал, его гордость оказалась глубоко оскорбленной.

 Стражник шагнул навстречу. В этом заключалась его ошибка. В воздухе мелькнула полоска кожи и обвилась вокруг его шеи. Как бы продолжая движение, Поль перехватил второй конец и затянул удавку.

 Все дело заняло несколько секунд. Стражник тяжело опустился на землю. Фонарь разбился, ярко брызнуло горящее масло.

 — Избавься от него, Луис. — Поль презрительно показал в сторону темного переулка, откуда появился стражник. Ногой загасил пламя и спихнул еще шипящую лампу в грязную придорожную канаву.

 Луис оттащил тело в переулок, прислонил к стене, и мертвец, слившись с темной грязью, сделался невидимым. Его обнаружат через день или два — еще одно из нераскрытых преступлений на лондонских задворках.