Он почтительно приподнял цилиндр, обнажив перед Дюраном немного облысевшую макушку.

В первую минуту Дюран его не узнал.

— Я — Доллард, агент, вы через меня сняли этот дом.

Он ждал, приготовившись улыбнуться, когда его признают, но так и не дождался.

— Миссис Дюран сообщила мне, что вас неожиданно отзывают, и дом освобождается.

Вот где, значит, она была. И об этом она позаботилась.

— А-а, — глупо промямлил он. — Ах да. Да, конечно. Разумеется.

Доллард испытующе поглядел на него, недоумевая, видимо, чем была вызвана такая замедленная реакция.

— Я не ошибся, это верно?

— Да, — ответил он, осознавая, что с того момента, как появился в дверях, ведет себя непростительно странным образом.

— Вы разрешите мне показать дом возможному клиенту?

— Сейчас? — ужаснулся он, ощущая, как стягивается его грудная клетка от нехватки воздуха.

Доллард, видимо, не обратил внимания на его интонацию, поскольку вдруг спохватился:

— Ах, простите меня. Миссис Тейер, разрешите представить вам мистера Дюрана.

Он заметил, что взгляд женщины направлен на забытую чашку кофе, которую он продолжал сжимать в ладонях, словно магический талисман.

— Боюсь, что мы пожаловали в неурочный час, — смущенно предположила она. — Мистеру Дюрану, наверное, не до нас. Может, нам прийти в другое время, мистер Доллард?

Однако агент успел уже деловито углубиться в дом, и, поскольку к ней он не возвращался, ей, даже произнося эти слова, пришлось последовать за ним.

— Я знаю, что обычно перед переездом в доме перевернуто все кверху дном, — извинилась она.

— Я уверен, что мистер Дюран ничего не имеет против, — возразил Доллард. — Мы долго не задержимся. — И, поскольку он уже успел ненавязчиво закрыть за ними дверь, то Дюрану и в самом деле ничего не оставалось, как согласиться.

Они шеренгой пересекли прихожую; дама шла посередине, Доллард следовал тяжелой, уверенной поступью, а Дюран — почти вприпрыжку.

— Это — прихожая. Обратите внимание, какая просторная. — Доллард взмахнул рукой, словно тенор в опере, берущий высокую ноту.

— И освещение хорошее, — согласилась женщина.

Доллард постучал тросточкой по полу.

— Замечательный деревянный паркет. Такой не везде найдешь.

После этой секундной задержки они последовали дальше.

— А вот и гостиная, — провозгласил Доллард, снова сопровождая свои слова взмахом руки.

— Меблировка ваша, мистер Дюран? — спросила она.

Ответ Долларда избавил его от необходимости говорить:

— Мебель сдается вместе с домом.

Она одобрительно кивнула:

— Симпатичная комната. Да, очень симпатичная.

Она уже развернулась, приготовившись пойти дальше, и Доллард развернулся вместе с ней. Но вдруг, будто до него только сейчас дошло нечто увиденное им минуту назад, оглянулся и неожиданно ткнул тростью в пол.

— По-моему, здесь должен быть ковер.

Полоска пыли, очертившая след от ковра, вдруг сделалась самым заметным предметом в комнате. Во всем доме, в целом мире. Она ярко засветилась, словно намазанная фосфором. Дюрану, по крайней мере, она показалась раскаленной добела, и он был уверен, что и им она предстала такой же. Он почувствовал, как схлынула краска с его лица и натянулась кожа на скулах, словно чья-то немилосердная рука замотала ее на затылке в тугой узел.