Изменить размер шрифта - +

Конечно же, это все были метафоры, выдумки. На самом деле никто из них не верил ни в ангелов, ни в дьяволов, хотя роли свои они исполняли великолепно. Столь же шокирующими, изобретательными и непристойными были когда-то персонажи старой итальянской комедии ма-сок.
И все же это было нечто совершенно новое. Я имею в виду те крайности, до которых они доходили в своей игре, словно бросая грубый вызов обществу, – а члены этого общества, от са-мых богатых до самых бедных, принимали их и восхищались ими.
К тому же в рок-музыке было что-то вампирическое. Даже те, кто не верил в сверхъестест-венное, воспринимали ее звучание как нечто необыкновенное. Я говорю о том, как с помощью электричества можно до бесконечности тянуть одну ноту, о том, как одна гармония накладыва-ется на другую, пока наконец вы не почувствуете, что буквально растворяетесь в звуках. Ничего подобного и ни в какой форме в мире прежде не было.
Да, я хотел оказаться как можно ближе к этому. Я сам хотел заниматься этим и, возможно, сделать никому не известную группу «Бал Сатаны» знаменитой. Я готов был возродиться к жиз-ни.
Процесс моего воскрешения длился около недели. Я пил свежую кровь мелких зверьков, живших под землей, – любых, каких только удавалось поймать. Потом начал потихоньку выби-раться на поверхность, где можно было раздобыть крыс. Теперь для меня не представляло труд-ности отлавливать кошек, а там и рукой было подать до настоящей человеческой жертвы, хотя мне пришлось ждать довольно долго, пока наконец я нашел то, что нужно, – человека, который убивал других смертных и не испытывал при этом ни сожаления, ни раскаяния.
В конце концов такой человек появился. Еще молодой мужчина с подернутой сединой бо-родой, убивший себе подобного далеко отсюда, на другом краю света, шел возле самой ограды. О, это был настоящий убийца. Как прекрасен был вкус настоящей человеческой крови!
Украсть необходимую одежду из близлежащих домов и достать спрятанные мною на клад-бище Лафайет золото и драгоценности не представляло проблемы.
Кое-что меня, конечно же, иногда путало. Запах бензина и химикатов вызывал у меня сла-бость. Гудение кондиционеров и рев моторов реактивных самолетов над головой казались оглу-шительными.
Но уже на третью ночь после своего воскрешения я с шумом и грохотом гонял по Новому Орлеану на большом черном мотоцикле «Харлей-Дэвидсон» в поисках других убийц, чтобы на-питься их крови. На мне была одежда из блестящей черной кожи, которую я снял со своих жертв, а в кармане лежал плейер фирмы «Сони», из наушников которого мне в уши лились пре-красные звуки фуги Баха, неизменно сопровождавшие меня в метаниях по городу.
Я вновь стал прежним вампиром Лестатом. Я вернулся к активной жизни. Новый Орлеан вновь превратился в территорию для охоты.
За прошедшие годы силы мои утроились. Я с легкостью мог взлететь с тротуара на крышу четырехэтажного дома. Я способен был сдергивать с окон железные решетки. Мог согнуть пополам медный пенни. При желании я мог слышать человеческие голоса и улавливать мысли на расстоянии нескольких кварталов.
К концу недели у меня появился свой адвокат – симпатичная женщина, чья контора нахо-дилась в одном из небоскребов из стекла и металла в деловой части города и которая помогла мне оформить по всем правилам вполне легальные свидетельство о рождении, карточку соци-ального страхования и водительские права. Значительная часть моего состояния, хранившаяся на кодированных счетах бессмертного Лондонского банка и банка Ротшильда, была уже на пути в Новый Орлеан.
Но самое главное, я буквально купался в новых впечатлениях и убедился в том, что все, что мне рассказывали относительно XX века слышанные мною голоса, – правда.
Вот что мне удалось увидеть во время своих странствований по Новому Орлеану в 1984 году.
Темный и мрачный индустриальный мир, который я покинул, засыпая, наконец исчерпал себя, свойственные буржуазии благоразумие, осторожность и упорядоченность жизни перестали оказывать влияние на умы американцев.
Быстрый переход
Мы в Instagram