– Ты не знаешь Ирену Пеннизи, – оправдывалась Пенелопа.

– Завтра я уезжаю, и мы не сможем увидеться до тех пор, пока ты не вернешься в город, – строго предупредил он.

Пенелопа считала себя девушкой неглупой, но не знала, как примирить любовный порыв с материнскими наставлениями.

– Ну ладно, – сказала она, чувствуя себя жертвой, ведомой на заклание. – Делай, как знаешь.

Она и желала и боялась того, что должно было произойти.

7

Пенелопа думала, что сейчас увидит обычную убогую квартирку, сдаваемую на лето, – с виниловыми креслами, линолеумом на полу, столиками из поддельного тика, диванами, обтянутыми кожзаменителем. Вместо этого, преодолев короткий лестничный марш, она попала на просторную открытую терассу. В середине тихо журчал крошечный фонтан. На терассу выходили двери нескольких комнат.

Хорошо зная Чезенатико, Пенелопа тем не менее даже не подозревала, что за фасадом безликого здания на Римском бульваре скрываются такие сказочные апартаменты. Андреа провел ее по всей квартире: показал современную кухню, отделанные розовым мрамором ванные комнаты, спальни и гостиную в провансальском стиле, обставленную дорогой антикварной мебелью, увешанную произведениями французской живописи девятнадцатого века и обюссонскими коврами.

– Куда ты меня привел? – спросила пораженная девушка.

– В единственное место, достойное тебя, – ответил Андреа, распахивая дверь в спальню, где главное место занимала огромная кровать под балдахином, а на комоде стоял благоухающий букет белой сирени в большой хрустальной вазе. – Цветы поставил я этим утром, – с гордостью уточнил Андреа.

– Значит, ты был уверен, что я приду сюда?

– Я на это надеялся, – признался Андреа, обнимая ее.

Пенелопа подумала, что порядочной девушке следовало бы немедленно бежать без оглядки отсюда, но где было взять сил для бегства, когда так хотелось остаться и узнать, что будет дальше?

Пенелопу воспитали в строгих правилах, главное из которых гласило, что «в день венчания порядочная девушка подходит к алтарю девственницей». София и Доната, у которых было множество поклонников, ни одному из них не уступили. Сандрина была влюблена в сына торговца рыбой, он ухаживал за ней уже несколько месяцев, но она тоже пока держалась.

А с другой стороны… ни одной из них не пришлось встретить такого удивительного и неотразимого парня, как Андреа. Бурные любовные романы подруг питались скорее игрой воображения, чем реальными событиями. И вот теперь Пенелопа осталась одна в сказочно прекрасном доме, с глазу на глаз с мужчиной, который желал ее.

Ей вспомнились заветы бабушки: «Если у мужчины серьезные намерения, он не станет компрометировать порядочную девушку». Серьезные намерения означали желание вступить в брак. Она надеялась, что Андреа не станет делать ей предложение, потому что не была уверена, что примет его. Брак не имел никакого отношения к тем пылким чувствам, которые он в ней пробуждал. К тому же ей казалось пошлостью класть на одну чашу весов страсть, а на другую – в качестве противовеса – обещание жениться. Все эти соображения боролись в ее голове, пока Андреа покрывал ее лицо поцелуями, а она ощущала его дыхание, его запах и с восторгом вслушивалась в ласковые слова, которые он ей шептал.

В этот момент в ее душе случилось нечто странное. Пенелопа ощутила свою власть над ним. Андреа дышал с трудом, его руки, ласкавшие ее, дрожали. А решение – оттолкнуть его или уступить – зависело только от нее одной. Она держала его судьбу в своих руках, и это делало ее сильной. Но в то же время она сама была одержима желанием, и ей нелегко было решить, что делать: покориться ему или следовать принципам, в которых ее воспитали.