8. Может, вы спите с психопатом в одной постели?

Если ваш партнер психопат, вы, скорее всего, об этом не догадываетесь. И даже если вам скажут, что это так, вряд ли поверите: уж кто-кто, а вы-то этого человека насквозь видите, вы же с ним живете! Но любовь, как известно, слепа. Тайные телефонные разговоры, подозрительные счета — при желании мы всему находим утешительное объяснение, разве не так?

К тому же, психопат может так крепко вас приворожить, что вам будет не под силу с ним распрощаться, как бы он вас ни изводил. Психопат хорошо умеет притворяться влюбленным. А мнимая страсть в сочетании с манипуляторскими уловками — это страшная сила. Парочка пряников, несколько ударов кнутом, немножко угроз и ультиматумов — и вы уже попали к нему в плен, добровольно сложив все свое оружие: чувство собственного достоинства, уверенность в себе и стремление к свободе.

Истощив все ресурсы своей жертвы, психопат бросит ее. Но вновь обретенная свобода продлится недолго. Бывший возлюбленный будет возвращаться снова и снова, каждый раз уверяя, что «теперь все будет иначе», но никогда не сдерживая обещания.

Том перевернул всю мою жизнь с ног на голову, и за это я его и полюбила. Я была одинока, жизнь казалась мне скучной, работа стоматолога-гигиениста не приносила мне никакого удовлетворения, и, хотя мне было всего 27, я уже морально готовилась к тому, что через пару лет обзаведусь туфлями из серии «прощай, молодость» и превращусь в унылую старую деву.

На Тома я сразу обратила внимание. У него были идеальные зубы, ровные и белые, и он за ними очень ухаживал — раз в месяц он приходил в нашу клинику, чтобы хорошенько их почистить. Вскоре он стал записываться на приемы исключительно ко мне. Зайдя в кабинет, он неизменно интересовался, как у меня дела, и внимательно выслушивал мой ответ — он был таким приятным собеседником, что в итоге всего за несколько его посещений я рассказала ему и о том, что мои родители погибли в автокатастрофе, когда мне было 19, и о том, что я люблю черно-белое кино, суши и свою кошку Сьюзи. Он, в свою очередь, каждый раз удивлял меня какой-нибудь историей, которая приключилась с ним за то время, что мы не виделись. Было ясно, что он какой-то крупный бизнесмен, хотя я никак не могла понять, чем же он конкретно занимается. Предполагала только, что у него офис где-то в Сити. Он умел и рассмешить. Например, как-то раз он рассказал мне, как велел подавать тонны шоколадных конфет Ferrero Rocher на приеме, где почетным гостем был британский посол.

Потом он стал находить предлоги, чтобы лишний раз зайти ко мне: то принесет книжку, которую упомянул в разговоре, то вручит мне сувенир из очередной деловой поездки. Поначалу я притворялась, что отношение у меня к нему чисто профессиональное и на его заигрывания я не поддамся, но, конечно, я была покорена. Никто и никогда за мной так не ухаживал.

На наше первое свидание он заехал за мной на сверкающем красном «порше» — позже я узнала, что он так заговорил зубы руководству местного салона, что они разрешили ему взять машину на тест-драйв — и повез меня на ужин в шикарный ресторан. Такой, столик в котором надо заказывать за три месяца вперед, — если вы не кумир миллионов, конечно. Честно говоря, пока мы были там, я каждую секунду думала, что вот еще немного, и я точно упаду в обморок. Но Том был обворожителен: слегка приобняв меня, он сам заказал мне блюда и выбрал вино. Потом он сказал мне, что никогда не встречал такой прелестной женщины, и несколько раз погладил меня по волосам. Волосы — мое главное богатство: на лицо я тоже ничего, особенно когда улыбаюсь, но такие волосы, как у меня, длинные, светлые и шелковистые, редко встретишь.